Каждый человек идет к храму своей дорогой. Одни – просто поглазеть на иконы, другие – поставить за компанию свечку в родительскую субботу, третьи – от нужды и прочих не разрешимых собственными силами проблем. И только один из тысяч тех, кто переступает порог церкви, приходит сюда по зову сердца и понимает, что служение храму – это его призвание.

Когда началась Великая Отечественная война, колокольный набат призывал на защиту Отечества и священнослужителей, которые сменили свои рясы на гимнастерки. Ведь в свое время защищали Отечество святые великомученики Георгий Победоносец и Димитрий Солунский, святой Иоанн-воин и 40 Севастийских мучеников.

Пока в душе человеческой живо зло, необходим и меч для его пресечения.  «Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое» (Рим. 13, 4) – учил святой апостол Павел.

Стоит напомнить его слова, с которыми он обратился к своему ученику Тимофею в послании к нему: «Переноси страдания, как добрый воин Иисуса Христа» (2 Тим. 2, 3). И в другом послании к тому же апостолу Тимофею он говорил: «Преподаю тебе… такое завещание, чтобы ты воинствовал, как добрый воин» (1 Тим. 1, 18).

Еще более выразительно его обращение к Ефесянам: «Облекитесь во всеоружие Божие: против козней диавольских, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной. Для сего приимите всеоружие Божие, дабы вы могли противостать в день злый и, все преодолевши, устоять. Итак станьте, препоясавши чресла ваши истиною. И облекшись в броню праведности, и обувши ноги в готовность благовествовать мир; возьмите щит веры, шлем спасения и меч духовный, который есть Слово Божие» (Еф. 6, 11-17).

Эта апология христолюбивого воинства, праведной и охраняющей силы, несущей справедливое возмездие злодеям, тем более применима к врагам Родины, безжалостным насильникам и убийцам.

Первоиерарх Русской Православной Церкви митрополит Московский Сергий (Страгородский) в своем первом послании «Пастырям и пасомым Христовой Православной Церкви» 22 июня 1941 года обратился с волнующим призывом ко всему народу грудью встать на защиту Родины и вознес свою пламенную молитву о ниспослании помощи Красной Армии: «Нам, пастырям Церкви, в такое время, когда Отечество призывает всех на подвиг, недостойно будет лишь молчаливо посматривать на то, что кругом делается, малодушного не ободрить, огорченного не утешить, колеблющемуся не напомнить о долге и о воле Божией… Православная наша Церковь всегда разделяла судьбу народа. Вместе с ним она и испытания несла и утешалась его успехами. Не оставит она народа своего и теперь. Благословляет она Небесным благословением и предстоящий всенародный подвиг… Господь нам дарует победу!».

Церковь, по словам митрополита Алексия (Симанского) создавала нравственные условия победы, давала людям понимание того, за что они воюют. Одни священники совмещали пастырское служение с борьбой за независимость нашей Родины.

Другие священнослужители, отбыв срок в лагерях, тюрьмах и ссылках, вернувшись на свободу, были призваны в ряды действующей армии и приняли непосредственное участие в войне. Они сражались на фронтах, перевязывали раненых прямо на поле боя, спасали от гибели людей и при этом не забывали молиться.

Третьи, пройдя тяжелыми верстами войны, будучи ранеными и контужеными, но оставшись живыми, только после Победы приняли священный сан и сменили гимнастерки на рясы.

Наконец, четвертые, оставшись в богоборческие времена без прихода и паствы, ходили в атаку на передовой без наперсного креста, который у них отбирали при первой же проверке. Однако истинные представители православного духовенства оставались верными основным принципам и заповедям христианства.

Сколько священнослужителей было на фронтах Великой Отечественной? Сколько их погибло? Этих цифр нет, ибо никто не вел тогда такого учета. Но чистый свет их безымянного подвига не погаснет в грядущих веках. Да пребывает немеркнущей в веках память о них, силу любви к своему Отечеству засвидетельствовавших великой жертвой.

Митрополит Сергий (Страгородский) за рабочим столом

 Митрополит Алексий (Симанский)

ПИМЕН, (в миру ИЗВЕКОВ Сергей Михайлович), архиепископ (1961), Патриарх Московский и всея Руси (1971). Родился 10 (23) июля 1910 года в селе Кобылино Малоярославского уезда Калужской губернии.

В 1925 году окончил школу, а в 17 лет принял монашеский постриг с именем Пимен. В 1930 году был рукоположен в иеромонаха, а через два года призван для несения срочной службы в РККА в 55-й отдельный кавалерийский полк в белорусском городе Лепеле Витебской области. За два года службы в армии получил образование фельдшера и ветеринара.

После демобилизации иеромонах Пимен вернулся в Москву, в Богоявленский Дорогомиловский собор, где стал регентовать архиерейским хором. Однако уже в начале 1937 года он был арестован за нарушение закона об отделении церкви от государства. Лубянка и Бутырка, следствие и допросы, а затем и приговор: три года принудительных работ на строительстве канала Москва-Волга в городе Химки Московской области.

Далее следует административная высылка в город Андижан Узбекской ССР, где его назначают заведующим областным Домом санитарного просвещения. Здесь он поступает в Учительский институт на факультет русского языка и литературы, одновременно работая завучем и преподавателем русского языка в школе повышенного типа.

Но впереди его, как и всю страну, ждала еще более суровая година испытаний.  С самого начала Великой Отечественной войны не остался в стороне и будущий патриарх всея Руси.

10 августа 1941 года он был призван на военную службу в ряды Красной Армии. Несколько месяцев обучения во Фрунзенском пехотном училище закончились присвоением ему звания младшего комвзвода (сержанта). 18 января 1942 года он был назначен командиром пулеметного взвода, входящего в 462-ю стрелковую дивизию.

Однако на фронт его тогда не отправили. Армии нужны были   грамотные штабисты, умеющие наладить работу в тылу. 20 марта 1942 года он был назначен помощником начальника штаба по тылу 519-го стрелкового полка, который находился в резерве Ставки Верховного Главнокомандования.

В мае 1942 года его полк начал сражаться в составе Южного фронта с гитлеровцами. В это время началась разработанная в Ставке Харьковская операция, которая проводилась в основном силами Юго-Западного фронта под командованием генерала Р.Я. Малиновского.

12 мая началось контрнаступление, и за три дня войска продвинулись в среднем на 25 километров. Однако командование группы армий «Юг», перебросив значительные подкрепления, начало окружать прорвавшиеся советские части. Командование фронтом боялось прекратить операцию, чтобы не вызвать гнев в Ставке. В боях приняло участие и правое крыло Южного фронта, где находилось подразделение, к которому принадлежал иеромонах Пимен.

В результате войска были окружены немцами и уничтожены или взяты в плен. Только 22 тысячи бойцов смогли выйти из окружения. 29 мая 1942 года Харьковское сражение закончилось, и кольцо окружения окончательно замкнулось.

Вероятно, к этому времени относится следующий рассказ, приводимый современным историком Ниной Павловой: «Во время войны полк, где воевал будущий Патриарх, попал в окружение и в такое кольцо огня, где люди были обречены. В полку знали, что среди солдат есть иеромонах, и, не боясь уже ничего, кроме смерти, бухнулись в ноги: «Батя, молись. Куда нам идти?». У иеромонаха была потаенно запрятанная икона Божьей Матери, и теперь под огнем он слезно молился перед ней. И сжалилась Пречистая над гибнущим воинством — все увидели, как ожила вдруг икона и Божья Матерь протянула руку, указав путь на прорыв. Полк спасся».

Другой рассказ военных лет повествует об этом так: «Подразделение, к которому он принадлежал, попало в окружение. Спасение пришло, по словам будущего Патриарха, от Самой Божией Матери: он увидел на тропе неожиданно появившуюся плачущую женщину, подошел спросить о причине слез и услышал: «Идите прямо по этой тропе и спасетесь». Войсковой командир, которому отец Пимен передал сказанное, внял совету, и воины действительно вышли из окружения».

Его однополчанин Адриан Егоров пересказывал слышанную им от Патриарха историю: «Однажды о. Пимен (ему поручили доставить командованию пакет с донесением) помолился, перекрестился и сел в седло. Лошадь звали Судьба. Как рассказывал потом Патриарх Пимен, опустил он поводья и тронулся в путь. Дорога лежала через лес. Благополучно прибыл в часть и вручил пакет. Его спрашивают: «откуда прибыл?», — и он в ответ показывает рукой направление. «Нет, — говорят ему, — оттуда невозможно приехать, там все заминировано».

Недаром с конца 50-х годов и до самой смерти будущий Патриарх совершал благодарное акафистное пение перед чудотворным образом иконы Божией Матери «Нечаянная радость» в московском храме во имя пророка Илии, что в Обыденском переулке. Патриарх Пимен молился тогда в благодарность за спасение на войне.

29 июля 1942 года младший лейтенант С.М. Извеков был контужен. Почти четыре месяца он находился в военном госпитале №292. После излечения был назначен заместителем командира роты 702-го стрелкового полка, который 23 февраля 1943 года в составе 213-й стрелковой дивизии 7-й гвардейской армии под командованием генерал-полковника М.С. Шумилова, отличившегося под Сталинградом, отбыл на фронт.

13 марта 1943 года полк старшего лейтенанта Извекова выгрузился на станции Валуйки, 2 апреля он принял боевое крещение в предместье Белгорода, а в дальнейшем вел кровопролитные бои на Курской дуге в районе реки Северный Донец.  16 апреля вновь был контужен.

Недалеко от укрытия, в котором он находился со своими солдатами, разорвалась бомба. Отца Пимена и солдат засыпало грудой кирпича. Позднее Патриарх вспоминал, что когда очнулся и открыл глаза, то поразила гробовая тишина. Только где-то далеко-далеко звенел звонок. Головой шевельнуть невозможно, лежал наполовину засыпанный кирпичами, а под ним его бойцы. Захотел встать и не смог. Страшное головокружение, боль в ушах, из которых льет кровь. И опять забытье. Нашли их и откопали только через три дня. «Солдатики мои были щуплые, маленькие. А у меня спина широкая, я и прикрыл их собой», — рассказывал потом Патриарх Пимен своему однополчанину А.А. Егорову, когда боли в спине давали о себе знать.

После контузии старший лейтенант С.М. Извеков был назначен адъютантом командира дивизии генерал-майора Ф.И. Шевченко. Впоследствии Патриарх Пимен так рассказывал о своем командире — генерале Федоре Ивановиче Шевченко Прасковье Тихоновне Кориной: «Командир у меня был добрый. Под пули меня не посылал. Но, однажды, пришлось переправляться через реку…».

23 августа 1943 года был взят Харьков, соединения 7-й армии вышли к городу Мерефа, где немцы создали крупный оборонительный рубеж, для взятия которого надо было форсировать реку Уду, приток Северного Донца. Ожесточенный бой на подступах к городу продолжался пять суток. Ни днем, ни ночью не затихала артиллерийско-минометная канонада. Густо ложились в наших боевых порядках вражеские снаряды и мины.

28 августа 1943 года операция была закончена, но среди выживших старшего лейтенанта Извекова не обнаружили. Его дальнейшая судьба командованию оказалась неизвестной. В штатно-должностной книге офицерского состава полка полковой писарь записал 30 сентября 1943 года: «Старший лейтенант Извеков Сергей Михайлович пропал без вести 26.08.43, Мерефский район Харьковской области».Затем приказ об исключении из списков Советской Армии отменяется с формулировкой «впоследствии оказавшийся в живых».

Во время переправы отец Пимен был тяжело ранен. Из полевой санчасти военфельдшер направил его в госпиталь, который находился в Москве, в Чернышевских казармах, в районе Добрынинской площади.

Согласно послужному списку, Сергей Михайлович Извеков к тому времени помощник заместителя командира дивизии по материально-техническому снабжению, прошел лечение в госпитале после ранения и был комиссован из армии. Он поселился в Москве возле Сущевского вала у двух монахинь. Вероятно, отец Пимен надеялся вернуться к священническому служению.

Однако 29 ноября 1944 года он был арестован и препровожден в 9-е отделение милиции города Москвы за нарушение паспортного режима. Его обвинили в том, что он жил по фиктивным документам и «скрывался от ответственности под видом служителя религиозного культа».

Суд был скорым. 15 января 1945 года военный трибунал Московского гарнизона, «не усматривая необходимости применения высшей меры наказания, приговорил Извекова Сергея Михайловича по совокупности совершенных им преступлений на основании ст.197-7 п. «д» УК РСФСР лишить свободы в ИТЛ сроком на десять лет без поражения в правах и без конфискации имущества за отсутствием такового у осужденного, лишив его в/звания «ст. лейтенант».

Этот приговор никак нельзя назвать справедливым. На момент ареста он не мог считаться дезертиром, так как подлежал освобождению от службы как священнослужитель. Ведь буквально накануне ареста на встрече с участниками Архиерейского собора, прошедшей в Москве 24 ноября 1944 года, председатель Совета по делам Русской Православной Церкви Г.Г. Карпов заявил, что «все священнослужители, состоящие на службе в церковных приходах, освобождаются от призыва по мобилизации, независимо от возраста».

На самом деле осуждение отца Пимена последовало потому, что он просто не успел получить назначения ни на один церковный приход. Твердо веруя, что «не в силе Бог, а в правде», во всем положившись на Его Промысл, отец Пимен не дрогнул, хотя «Смерш» докопался до сокровенных деталей его биографии. Выяснилось, что он служитель алтаря, – и это было чистой правдой.

Современный церковный историк профессор Дмитрий Поспеловский считает: «Скандал, изгнание из армии и последующее заключение были вызваны именно тем фактом, что монах и священник смог стать советским офицером».

4 марта 1945 года иеромонах Пимен по этапу был доставлен в Воркуто-Печорский лагерь за Северным полярным кругом. Эти этапы были настолько тяжелыми, что не все их выдерживали, некоторые умирали по дороге. Те же, кто пережил их, страшились вспоминать пережитое.

Условия этого лагеря, со всех сторон окруженного тундрой, были крайне суровыми. Жгучие морозы, отсутствие санитарных условий и нормальной пищи обрекали на неминуемую смерть большинство заключенных.

И здесь милость Божия хранила отца Пимена – он несколько месяцев был занят не на общих работах, где заключенные гибли сотнями, а в медицинском пункте санитарным инструктором, помогая больным, исповедуя умирающих…

Он помогал не только заключенным. Замечателен рассказ протоиерея Тихона Стрелецкого, который отбывал здесь свой срок и оставил воспоминания о встрече с отцом Пименом: «На 102-м квартале в Коми на одном участке иду я с кладбища. Смотрю, на конюшне из трубы дым идет, значит, думаю, кто-то есть внутри. Захожу в конюшню. На постели лежит жеребенок, покрыт одеялом, только голова выглядывает. Я подошел, погладил. Осмотрел я келью, думаю: здесь живет не простой человек. Обогрелся я у печки. Через некоторое время входит молодой человек высокого роста. Я ему говорю: «Почему у тебя жеребенок на постели лежит?» А он отвечает: «Это сиротинка. Его мама сломала ногу на вывозе леса, и ее по лагерному обычаю зарезали… Я пожалел его и взял на воспитание». – «Вижу, вы не простой человек, – говорю ему. «Да, я – иеромонах. В лагерях уже во второй раз».

18 сентября 1945 года иеромонаха Пимена освободили по амнистии как участника войны. Следует отметить, что впоследствии Патриарх по праву получил памятные юбилейные медали в ознаменование победы в Великой Отечественной войне, которые вручались ему в торжественной обстановке. Он честно защищал Родину в лихую годину вражеского нашествия, и все годы нес тяжелый крест на своих раменах.

К моменту своего освобождения из лагеря он был уже очень плох — страдал сильными болями в позвоночнике. Медицинское обследование, сделанное после его возвращения в столицу, выявило туберкулез позвоночника, и до февраля 1946 года отец Пимен находился на стационарном лечении в Московском областном туберкулезном институте.

20 марта 1946 года епископом Владимирским и Суздальским Онисимом (Фестинатовым) был назначен штатным священником Благовещенского собора в городе Муроме.

В августе того же года стал настоятелем крестового архиерейского храма в Одессе, а затем казначеем Ильинского монастыря. В     конце 1947 года был назначен секретарем Ростовского епархиального управления. С августа 1949 года – наместник Псково-Печерского монастыря. Вскоре возведен в сан архимандрита и назначен наместником Свято-Троицкой Сергиевой Лавры.

Затем последовательно становится епископом Балтским и Дмитриевским, управляющим делами Московской Патриархии. А с 16 марта 1961 года Пимен, уже будучи архиепископом, назначен на Тульскую и Белевскую кафедру, с оставлением за ним должности управляющего делами Московской Патриархии.

В день памяти святого Архистратига Михаила (21 ноября 1961 года) владыка Пимен прощался с Тульской паствой – он был возведен в сан митрополита и назначен митрополитом Ленинградским и Ладожским. После этого он – митрополит Крутицкий и Коломенский, а 2 июня 1971 года на Поместном соборе его единогласно избрали Патриархом Московским и всея Руси.

Скончался Патриарх Пимен 3 мая 1990 года в своей рабочей резиденции в Чистом переулке Москвы и погребен в крипте Успенского собора Троице-Сергиевой лавры.

«Мое имя Пимен, в переводе с греческого «пастырь», — говорил впоследствии Святейший, — дано мне в монашестве не случайно и обязывает ко многому». «В нем все было величественно и имя, и рост, и осанка, и голос, и глаза, которые видели насквозь и от которых никуда не укрыться», — вспоминал юный книгодержец Патриарха, ставший потом архимандритом Дионисием (Шишигиным).

Это был талантливый человек во всем: у него был музыкальный, певческий дар и поистине золотые руки, которыми он не только хорошо выполнял различные инженерные работы во время ссылки в Средней Азии, но и вышивал иконы на пяльцах в последние годы жизни, когда уже тяжело болел и не мог ходить или чтобы то ни было делать. Человеком он был в высшей степени достойным, которого уважали и любили все знавшие его, как хорошего офицера-воина и Патриарха-молитвенника.

Пастырское, а затем и первосвятительское служение Патриарха Пимена пришлось на период не прекращавшегося – то открытого, то подспудного – гонения власти на Церковь, когда от ее служителей требовались сугубое терпение, смирение, мудрость, но в то же время несгибаемая твердость.

На долю Патриарха выпали аресты, ссылки и война. Поэтому вся жизнь Святейшего оказалась неразрывно связана с судьбами страны, «торжествами и бедами народными».

Выпускник школы. 1925 г.
Старший лейтенант. 1942 г.
Монах. 1929 г.
Епископ Пимен. 1958 г.

                           

Иером. Пимен и Святейший Патриарх Алексий 1. 1947 г.

Патриарх Московский и всея Руси Пимен

НИКОЛАЙ, (в миру КУТЕПОВ Николай Васильевич), митрополит Нижегородский и Арзамасский Родился 4 октября 1924 года на хуторе Кутепово Больше-Калмыкского сельского совета Болоховского района Тульской области. У его отца Василия Ильича и матери Варвары Ивановны (в девичестве Алехиной) Николай был вторым ребенком в семье, долгожданным, вымоленным. Старшая сестра Нина родилась в 1913 году, а затем долгих 11 лет детей в семье не было. Детские годы были для него самыми светлыми, спокойными, счастливыми. В 1929 году в семье Кутеповых родился третий ребенок – дочка Римма.

В 1930 году семья Кутеповых подверглась репрессиям, их крепкое хозяйство признали кулацким, а наем сезонных работников был признан эксплуатацией крестьян. Семью выселили с хутора и отправили в ссылку в Калмыкию.

Однако через год семья появилась в родных местах и обосновалась в Туле на улице Свердлова, 43. Две тетки будущего митрополита были монахинями в Тульском Успенском монастыре. Мать – тоже сугубо верующий человек. «Чаще всего ходили во все Святые, но нашей церковью была 12 Апостолов», –признавалась дочь Римма. Поэтому не удивительно, что Коля любил в детстве строить из кубиков и из песка храмы.

Когда Николай пошел в первый класс, в школе вскоре узнали, что мальчик ходит в церковь, и вот что рассказывал впоследствии митрополит: «В младших классах, не помню точно в третьем или в четвертом, я пришел в школу, а в коридоре были выстроены ученики всех начальных классов и по мере того, как я проходил мимо них, они кричали мне в лицо: «Поп! Поп! Поп!» они и не подозревали, каким пророческими оказались их слова».

Николай не состоял ни в пионерской, ни в комсомольской организациях, но от этого не унывал и не расстраивался. Он хорошо учился, много читал, был заводилой в мальчишеской компании, и всегда в маленьком доме собиралось много школьных друзей. Он верил, что все у него будет хорошо.

Но начавшаяся война разрушила эти надежды. Младшая сестра владыки Римма Васильевна Спирина рассказывала: «В 41-ом, когда начались бомбежки, он еще в школе учился, в выпускном классе. В пятистах метрах от нашего дома стоял бронепоезд, так что бомбили нас сильно и часто, все вокруг было разрушено. Мы прятались в подвал в соседнем доме. Как только услышим тревогу, бежим туда. Владыка никогда с нами не ходил. Я очень хорошо это помню: мы с мамой собираемся в бомбоубежище, я зову его, плачу, а он отвечает: «Я лучше почитаю или посплю. Если бомба упадет, она и ваш подвал разрушит, и так, что ничего не останется. Значит, так тому и быть». Он никогда не уходил из дома. Не было у него страха. Чему быть того не миновать. И так всю жизнь».

Через месяц после окончания 25-й средней школы в Туле в 1942 году Пролетарским райвоенкоматом Николай Кутепов был призван в армию и направлен в Тульское оружейно-пулеметное училище, откуда через три месяца отбыл на фронт.

Сначала их отправили в Ртищево, довезли до станции Филоново, а там до Калачей пешком топали. Владыка вспоминал: «Я был единственный сын в семье, но ведь моей матери не пришло в голову не пускать меня на фронт, укрывать. А сколько матерей тогда провожали по пять-шесть своих сынов и не дождались ни одного. Они же не стали винить в этом Родину. Дав своим детям жизнь, они понимали, что те положили ее также ради жизни, только нашей с вами…».

Единственное, что успела сделать Варвара Ивановна, это благословить его иконой Божией Матери и надеть на шею сыну нательный крест, который при первом же осмотре был снят.

Выступая перед студентами вузов, семинарии, перед призывниками Владыка говорил: «Служба в армии всегда считалась большой честью для мужчины. Он защищал тот семейный очаг, который поддерживала женщина. В моем роду все мужчины, все мои дяди по линии отца были людьми могучими, здоровыми и еще до революции служили в царской гвардии. Один из них, Семен Федорович Кутепов, остался служить в армии и после 1917 года, воевал в Великую Отечественную войну и даже вошел в русскую литературу в образе генерала Серпилина в романе Константина Симонова «Живые и мертвые».

Родная сестра будущего владыки Римма Васильевна Спирина вспоминала: «Пока он был в училище, мы с мамой каждый день к нему ходили боялись, что уйдет, а мы его так и не увидим. Он и ушел, не знаю, был ли у него хотя бы грошик. Крест вот точно был, мама сама его накануне надела… А в тот день мы пришли, а их никого уже нет, всех забрали на фронт. Писем очень долго не было, мы страшно переживали. Наконец, пришло письмо, и мы узнали, что владыка в госпитале».

Николай Кутепов был направлен на Сталинградский фронт, где воевал рядовым в 1-й гвардейской армии генерала К.К. Рокоссовского. Будучи одним из многих участников битвы под Сталинградом, он в полной мере испытал на себе все тяготы этой страшной войны: голод, холод, окопную грязь, скорбь по погибшим. Воевал храбро и однажды, после ожесточенного боя, командир сказал им, вчерашним мальчишкам: «Ребята, я вас всех представляю к медали «За отвагу».

Видимо, тогда на фронте появились у него мысли о войне, которые он записал через много лет после ее окончания: «Стрелять в человека – грех, безусловно. Но еще больший грех – заставлять человека стрелять в себя, то есть провоцировать убийство. Война и есть подобного рода провокация… А ежели мы с вами оглянемся на русскую историю, то заметим одну особенность: Русь никогда не начинала войн, она лишь оборонялась, защищала себя и приходила на помощь братским славянским народам. Поэтому стрелять, преследуя личные цели, одно, а стрелять во имя спасения своего Отечества, своего народа, ради спасения своих детей от неминуемой гибели – совсем другое. Это уже не грех, а высший предел любви – положить душу свою за други своя…».

Воевал Николай Кутепов с октября по декабрь 1942 года в составе 38-й гвардейской стрелковой дивизии. В одном из боев получил два пулеметных ранения, был контужен (рядом разорвался снаряд, и Николая почти полностью засыпало землей).

Стояла суровая морозная зима, и у него произошло сильное обморожение конечностей. Николая Кутепова, пролежавшего несколько часов без сознания, буквально чудом нашла похоронная команда, его откопали и доставили в военный госпиталь. Там ему ампутировали треть ступней обеих ног. Однажды он рассказал, как именно проходила ампутация. «Военный госпиталь, походный. Медикаментов не хватало. Мне дали жестяную кружку водки, потом сунули в зубы палку, сказали: терпи. Один доктор навалился на меня, а другой стал пилить… Я, пока операция шла, эту палку так искусал… Должны были полностью стопы убрать, до пяточной кости, но доктора меня пожалели, видишь, все-таки бегаю как-то…».

Его сестра вспоминала об этом так: «Когда рассказывал, как ему операцию делали, мы плакали. Его в госпиталь привезли а ноги уже черные, и врачи, чтобы спасти ему жизнь, стали немедленно оперировать. Наркоза не было. Ему дали стакан водки и палку в зубы. Один врач держал его, буквально навалился, а другой пилил, прямо по-живому. Я когда увидела его ноги… до сих пор не знаю, как он мог ходить, стоять на службе по столько часов. Первое время он ходил с палочкой, у него была такая трость с набалдашником, а потом и ее бросил. Здоровому-то человеку и то тяжело, а с такими ногами… Многие ведь даже не знают, что он инвалид. Господь дает ему силы. Владыка пришел с фронта и первым делом пошел в церковь. Стал часто туда ходить. Раз зашел в алтарь, да так и остался там».
Шесть месяцев Николай пробыл в госпитале, а затем был демобилизован и весной 1944 года вернулся домой в Тулу. Ему не было еще и двадцати лет, он был жив, но стал инвалидом войны.

О войне владыка Николай вспоминать не любил и говорил всегда одно: «Воевал, как все воевали, в самом высоком звании – рядовой. Все мы были солдаты и просто выполняли свой долг – защищали Родину».

Отец, который был для него примером во всем, скончался в апреле 1943 года, совсем немного не дожив до его возвращения. «Пришел с фронта и первым делом пошел в церковь, – вспоминала позднее Римма Васильевна, сестра Владыки. – Стал часто туда ходить. Раз зашел в алтарь, да так и остался там. Видимо, что-то было у него внутри, в душе, с самого детства. То, что отличало его от всех нас, то, что заставило его остаться в Церкви на всю жизнь».

Мать Варвара Ивановна всегда хотела, чтобы сын получил высшее образование, и Николай в сентябре 1944 года поступил на первый курс Тульского механического института, хотя всегда был не в ладах с математикой. Будучи студентом, он одновременно прислуживал за архиерейскими богослужениями в должности иподиакона архиепископу Тульскому Виталию (Введенскому). Служение этого архиерея как-то по-особому оказалось созвучно душе молодого человека, перевернуло его взгляд на жизнь. Владыка Виталий был ревностным служителем, в 1946 году он скончался в соборе во время службы.

После кончины архиепископа Виталия в октябре 1946 года прибывший на Тульскую кафедру архиепископ Антоний (Марценко) назначил иподиакона Николая Кутепова своим личным секретарем и вторым келейником. Общение с архиепископом Антонием духовно обогатило молодого человека, привило ему вкус к чтению святоотеческой литературы, классической музыки, хорошей поэзии и во многом определило дальнейший жизненный путь Николая Кутепова.

В 1947 году он был вынужден покинуть механический институт, выбыв из числа студентов, а в сентябре 1950 года, подготовившись самостоятельно и успешно сдав экзамены, поступил сразу в 3-й класс Московской духовной семинарии, которую окончил в 1952 году, по первому разряду.

Новый тульский архиерей после ареста в декабре 1951 года архиепископа Антония (Марценко) отказался принять Николая Кутепова в свою епархию и даже написал об этом рапорт в Синод. Поэтому в год окончания семинарии Николай Васильевич уволился с должности секретаря архиепископа Тульского и был принят в клир Вологодской епархии и назначен на должность сверхштатного псаломщика при Череповецком кафедральном соборе. 12 июля 1953 года епископом Гавриилом (Огородниковым) был рукоположен в диакона к Казанской церкви города Устюжны.

В 1954 году он продолжил образование в Ленинградской духовной академии, которую окончил в 1958 году со степенью кандидата богословия, получив назначение на должность помощника инспектора и преподавателя Киевской духовной семинарии. Именно в это время ему приснился пророческий сон, что надо поставить крест на вершине горы. Все свое последующее служение он понимал как крестоношение.

В конце 1959 года Николай был рукоположен в сан священника и принял монашество, став последним пострижеником Киево-Печерской лавры перед ее закрытием. В начале 1960 года он назначен инспектором Саратовской духовной семинарии, а спустя полтора года возведен в сан архимандрита и хиротонисан в епископа Мукачевского и Ужгородского в Успенском соборе Троице-Сергиевой Лавры.

В 1963 году епископ Николай назначен на Омскую и Тюменскую кафедру, в 1969 году – епископом Ростовским и Новочеркасским, а через год – Владимирским и Суздальским. В 1972 году возведен в сан архиепископа. С 1975 года отец Николай – архиепископ Калужский и Боровский, а через два года он получил назначение на Горьковскую кафедру, где на полуторамиллионный город было всего три действующих храма, к тому же расположенных на его окраинах.

В 1985 году во главе делегации Русской Православной Церкви как фронтовик участвовал в праздновании 40-летия встречи союзнических войск на Эльбе в Торгау и был награжден орденом Отечественной войны II степени.

В 1991 году был возведен в сан митрополита.  В последние десять лет его жизни Нижегородская епархия увеличилась в десять раз – с 43 до 450 храмов, став третьей по величине и значимости в России. Здесь возродилось десять монастырей и среди них знаменитый Серафимо-Дивеевский женский монастырь.

Что бы Владыка ни делал, всегда делал хорошо, ни разу не показал, как тяжело ему подчас не только ходить, но даже стоять.  По рассказам его современников, когда он снимал сапоги после долгих богослужений, его ноги часто оказывались в крови. Потеряв в страшной войне ступни обеих ног, он был безмерно благодарен Господу за то, что сохранил ему жизнь. Преодолевать трудности для него – естественное дело, ведь непосильного креста Господь никому не дает: «Я старая лошадка, коли запрягли, то буду тянуть, пока не упаду».

Почетный гражданин Нижнего Новгорода, он награжден церковными орденами святого равноапостольного великого князя  Владимира II и I степени, орденом преподобного Сергия Радонежского II степени, а также государственными наградами: орденом Трудового Красного Знамени,  медалью «За боевые заслуги» и «Золотой медалью» Советского фонда мира.

Скончался митрополит Николай от пятого по счету инфаркта 21 июня 2001 года, накануне 60-летия начала Великой Отечественной войны. Он и умер, как солдат, словно от прямого попадания осколка разорвалось на части его натруженное сердце. Похоронен Владыка у алтаря кафедрального (на тот момент) Спасского Староярмарочного собора Нижнего Новгорода.

Несмотря на высокий церковный сан, обширные, почти энциклопедические знания, он отличался удивительной простотой в общении, доброжелательностью, доступностью, чувством юмора и особым пониманием человека. На прием к нему могли свободно попасть и домашняя хозяйка, и студент, и профессор, и священнослужитель. Особой заслугой митрополита Николая следует считать воцерковление нижегородских чиновников, многим из которых он вернул Веру и Надежду.

При всей своей доброте и открытости, мудрый Владыка отличался и принципиальностью. Строгий и бескомпромиссный, он  выступил на Архиерейском Соборе 1997 года против канонизации царской семьи, заявив, что ответственность за гибель новомучеников российских лежит и на совести Николая II, «в здравом уме и твердой памяти» отрекшегося от престола.

Выпускник средней школы

Выпускник семинарии

Диакон Николай            

Архимандрит Николай (Кутепов)

Архиепископ Николай (Кутепов)

Митрополит Николай (Кутепов)

Митрополит Николай за рабочим столом

АЛЕКСИЙ (КОНОПЛЕВ Виктор Александрович), митрополит Калининский и Кашинский. Родился 28 января 1910 года в городе Павловске Воронежской области. По получении среднего образования с 1929 года исполнял обязанности псаломщика в храмах Павловска.

Лишенный избирательных прав, он сидел в тюрьме, находился в Свирских лагерях. Потом его судимость сняли.

Когда началась Великая Отечественная война, был призван Павловским райвоенкоматом в октябре 1941 года, вскоре отправлен на Северо-Западный фронт, а затем на Брянский фронт, где «участвовал в боях с немецко-фашистскими захватчиками в составе 1232-го стрелкового полка 11-й армии. Был дважды ранен: 10 мая 1942 года – легко, а 5 августа 1942 года – тяжело. Тов. Коноплев, несмотря на тяжелое ранение, отдавал все силы на выполнение заданий командования, систематически выполняя их на 160 процентов. За отличное несение военной службы назначен на должность старшины роты, где проявляет отцовскую заботу о бойце», –написано в его наградном листе начальником 66-го военно-дорожного отряда 8-го военно-дорожного управления 2-го Прибалтийского фронта инженер-капитаном Эпштейном и вручена медаль «За боевые заслуги».

«Старшиной я встретил светлый День Победы. Путь к ней был нелегким. Мы теряли товарищей. И я был в двух шагах от смерти, но, по милости Божией, выжил», – вспоминал впоследствии Виктор Александрович. Увольняясь в запас в 1945 году, старшина Коноплев был награжден грамотой командующего войсками Ленинградского военного округа Маршала Советского Союза Л.А. Говорова.

В грамоте, в частности, сказано: «В суровое время войны Вы вместе с войсками Ленинградского фронта прошли большой и тяжелый боевой путь, мужественно сражались за Родину, за Ленинград, за свободу и независимость советского народа. Провожая Вас, мы говорим от всей души: спасибо Вам, дорогой товарищ, за честную службу Отечеству. Ваших боевых заслуг в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. Родина и Ленинград не забудут никогда. Желаем Вам, дорогой товарищ, счастливого пути, радостной жизни и успеха в труде. Будьте и впредь верным сыном своей любимой Родины».

Старшина В.А. Коноплев награжден также медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», а в 1985 году был удостоен ордена Отечественной войны 1 степени.

В 1948 году рукоположен в сан диакона архиепископом Гермогеном, а спустя три года, после окончания в 1951 году Московской духовной семинарии рукоположен в сан священника.

Сначала состоял в штате Воскресенского храма города Москвы, а затем был назначен настоятелем в Троицкую церковь, что на Ленинских горах. В 1955 году окончил Московскую духовную академию со степенью кандидата богословия, а на следующий год пострижен в монашество с именем Алексий, возведен в сан архимандрита и хиротонисан в епископа Пермского и Соликамского.

В 1957 году он уже епископ Лужский, викарий Ленинградской епархии, назначенный настоятелем Троицкого собора бывшей Александро-Невской лавры.

С конца 1961 года по начало 1966 года служил епископом Тульским и Белевским. Будучи в 1964 году возведен в сан архиепископа, в 1966 году он назначен сначала архиепископом Рижским и Латвийским, затем Краснодарским и Кубанским, после чего ему было поручено временное управление Ростовской-на Дону епархией.

С 1964 года он является почетным членом Московской духовной академии. Автор «Истории Тульской епархии со времени ее учреждения (1799-1917)», за которую ему присвоено звание магистра богословия. При нем создана портретная галерея тульских архипастырей.

В 1978 году он назначен архиепископом Калининским и Кашинским, а спустя три года возведен в сан митрополита.

Пройдя тяжелыми дорогами войны, где бы ни служил митрополит Алексий, как гражданин и патриот, везде и всюду призывал всех к священному делу защиты мира и сам много внимания уделял  миротворческой деятельности: «Наша Русская Православная Церковь вносит немалую долю в общее дело сохранения мира от ядерной катастрофы, и я верю, мир победит войну».

Имел ряд наград от Советского комитета защиты мира, в том числе орден Дружбы народов – за активную миротворческую деятельность. Среди его церковных наград – крест на клобук, ношение второй панагии и орден преподобного Сергия Радонежского 2-й и 1-й степени.

Скончался 7 октября 1988 года в Твери и погребен на территории храмового комплекса за алтарем Успенской церкви в селе Завидове Конаковского района Тверской области.

Старшина В.А. Коноплев. 1943 г.         

     

Митрополит Тверской и Кашинский Алексий (Коноплев).

АВЕРКИЙ (в миру ШВЕЦОВ-ЗАГАРСКИЙ Борис Владимирович, в монашестве Анастасий), схиархимандрит. Родился 7 апреля 1915 года в селе Лебяжье Вятской губернии в многодетной семье священника. После начавшихся гонений на церковь Борис потерял своего отца протоиерея Владимира Афанасьевича Швецова, арестованного в конце 1937 года, вскоре расстрелянного и причисленного впоследствии к новомученикам и исповедникам Российским.

Мать Елена Ивановна (урожденная Загарская) осталась одна с девятью детьми, из которых было семеро мальчиков и две девочки.  Сын Борис с пяти лет служил в церкви, помогая своему отцу. После школы окончил медицинское училище и стал работать фельдшером. В 1939 году был призван в армию и участвовал сначала в финской, а затем продолжил защищать Родину и в Великой Отечественной войне. Жестокими реалиями войны молодой фельдшер был потрясен до глубины души.

Сражаясь на Западном фронте в Латвии и находясь в Риге, в августе 1941 года он оказался в немецком плену, где провел в тяжелейших жизненных испытаниях два с половиной года в спецлагере для интернированных в Лихтенштейне. Голод, болезни, инфекции – через все это ему пришлось пройти, а оттуда с помощью русского духовенства перебрался в Аргентину, где прожил десять лет.

Начал с работы грузчиком, потом был массажистом, пока, наконец, не решил пойти по стопам отца, дабы посвятить всю свою оставшуюся жизнь служению Богу. Приняв монашество с именем Анастасий, в середине 50-х годов он переехал в США, где окончил Джорданвильскую семинарию, 20 лет был клириком Синодального собора Знамения Божией Матери в Нью-Йорке, где стал хранителем святыни русского зарубежья – чудотворной Курской-Коренной иконы Божией Матери «Знамение».

В 80 лет отец Анастасий ушел на покой и поселился в Нью-Йорке. Но когда по воле Божией игумен Парфений случайно встретился с ним в Москве и пригласил его в Россию, батюшка дал согласие и поселился в 2010 году в Богородице-Рождественском Анастасовом мужском монастыре, ныне относящемся к Белевской и Алексинской епархии Русской Православной Церкви, став епархиальным духовником.

9 апреля 2017 года в Вербное воскресенье, в преддверии Пасхи архимандрит Анастасий принял великую схиму с именем Аверкий, а за два дня до этого знаменательного события губернатор Тульской области А.Г. Дюмин поздравил его с очередной годовщиной со дня рождения; «Ваше Высокопреподобие! Поздравляю Вас со знаменательной датой – 102-летием! На протяжении всей своей жизни Вы стремитесь донести до людей ценность искренности и благочестия, поддерживаете их в стремлении встать на праведный путь. Своим милосердием любовью к ближнему и желанием совершать благие дела Вы подаете пример всем окружающим. Ваш богатейший жизненный опыт и добросердечность помогают людям укреплять веру, сохранять непреходящие духовные ценности наших предков и передавать их детям. Жители Тульской области и других регионов приходят к Вам за ценными советами и наставлениями, потому что верят в силу Вашего доброго, мудрого слова. К Вашему мнению прислушиваются люди любого социального статуса. Спасибо Вам за безграничное человеколюбие, искренность и неравнодушие. От всего сердца желаю Вам крепкого здоровья, неиссякаемой энергии и бодрости духа!

Всего шесть недель не дожил схиархимандрит Аверкий до своего 103-летия, упокоившись24 февраля 2018 года, в субботу первой седмицы Великого поста. До конца своих дней он не только исповедовал священнослужителей Белевской и Алексинской епархии, но и духовно помогал многочисленным паломникам, которые приезжали к нему за советом. О почтении и уважении к старцу можно судить потому, что поток людей на исповедь к нему не иссякал никогда. Он был нужен людям, и потому Господь даровал ему жизнь и здоровье до преклонных лет.

Пройдя все лишения, схиархимандрит Аверкий до самой своей кончины продолжал оставаться чутким, отзывчивым, добродетельным и высоконравственным человеком, что подчеркивает его предназначение помогать людям сегодня, показывая им пример веры и истинного служения Богу.

Схиархимандрит Аверкий

МАКСИМИЛИАН (в миру КУДЕЛИН Дмитрий Ефимович, в монашестве Венедикт), схиархимандрит. Родился 17 марта 1923 года в деревне Нижние Ясенки Донского, ныне Кимовского района Тульской области.

Окончил три класса Саратовской Духовной семинарии, целибат. В августе 1942 года Дмитрий Куделин был призван в действующую армию. Начались нелегкие военные будни. Надежда на милосердие Божие, частая молитва помогали переносить невзгоды и преодолевать опасности. Был ранен, вынес все ужасы войны. Вспоминая эти годы, он постоянно повторял: «На войне я чудом остался жив».

После окончания Великой Отечественной войны Дмитрий Куделин служил псаломщиком при храме Преподобного Сергия Радонежского в городе Плавске. Затем был послушником у владыки Антония.

В 1956 году после хиротонии во диакона, а затем во иерея, получил назначение в храм святого Александра Кипрского в селе Ченцово Заокского района (1956-1958, с 1961).

«Верующие прихода глубоко почитали о. Димитрия и уже тогда отмечали его смиренность, высокую духовность и особую черту – прозорливость», читаем в его некрологе.

Дома своего не имел и жил на колокольне как отшельник.       Приход в селе Ченцово был одним из самых бедных и отдаленных, но именно здесь совершал Божественную литургию в свой день ангела владыка митрополит Ювеналий во время службы в Туле.

Третий священник в селе Новоселебное Болоховского района (1957), проживал в селе Татарское, переведен в Дедиловский район (1958), настоятель Михайло-Архангельской церкви в селе Татарское (1959), переведен в поселок Епифань Кимовского района (1959).

В 1979 году его перевели вторым священником в Казанский храм в село Дубики Ефремовского района, где отец Димитрий прослужил пять лет. Но последствия войны (сердечная астма) не давали ему совершать богослужения.

По состоянию здоровья и по просьбе отца Димитрия в 1981 году владыка Герман направляет его под покровительство игумена Германа (Попкова), настоятеля храма в селе Благодать того же района.

Здесь старец предсказал игумену Герману строительство храма, трижды рассказав свой сон: «Отче, я про тебя видел сон. Якобы ты на крутом берегу реки строил красивый дворец»,– слова старца сбылись.

В 1992 году в Ефремове на крутом берегу реки Красивая Меча возвысился храм «Взыскание погибших», в нижнем храме его и был погребен схиархимандрит Максимилиан.

В 1982 году он принял монашеский постриг с именем Венедикт, в 1990 году его возвели в сан игумена и архимандрита, и он был пострижен в схиму с именем Эфесского отрока Максимилиана.

За время своего служения получил следующие церковные награды: протоиерейство (1967), палица (1972), крест с украшением (1977), второй крест с украшениями (1990). В 1995 году Дмитрий Ефимович Куделин был награжден также государственным орденом Отечественной войны II степени.

Скончался 17 апреля 2000 года и похоронен в городе Ефремове.

Схиархимандрит Максимилиан

ТИХОН (в миру ЛЯДИЧЕВ Василий Федотович), архимандрит. Родился 15 января 1909 года в селе Лев Толстой Калужского уезда Калужской губернии в крестьянской семье. Воспитанник Калужской Тихоновой пустыни, он был псаломщиком Трехсвятительской церкви в родном селе (1926–1930) и регент церковного хора по совместительству (1930–1941).

Призван в Красную Армию Егорьевским райвоенкоматом Московской области 19 июля 1941 года и в период Великой Отечественной войны в составе огнеметной роты с октября того же года участвовал в обороне Москвы.

«Тов. Лядичев – храбрый, решительный командир. Неоднократно участвовал в боях с немецкими оккупантами в составе 29-й отдельной огнеметной роты в поддержке 5-й гвардейской Краснознаменной стрелковой дивизии. В районе станции Темкино отделению т. Лядичева был дан ответственный участок обороны, когда противник пошел в контратаку. Отделение т. Лядичева отбило ее, сам лично огнем из пулемета содействовал отражению контратаки немцев своему соседу, где уничтожил до 15 гитлеровцев. Тов. Лядичев как грамотный командир был назначен старшим писарем 29-й отдельной огнеметной роты, а после 16-го отдельного огнеметного батальона. Свою работу он поставил на должную высоту. С работой справляется хорошо», – сказано о нем в наградном листе приказа частям 61-го стрелкового корпуса от 20 марта 1944 года. Командир 16-го отдельного огнеметного батальона майор Бабич представлял старшего сержанта В.Ф. Лядичева к ордену Красной Звезды, но вышестоящее командование ограничилось тогда медалью «За отвагой».

Но ровно через год приказом 110-й стрелковой Верхнеднепровской дивизии 50-й армии 3-го Белорусского фронта от 17 марта 1945 года старший сержант В.Ф. Лядичев был все-таки награжден орденом Красной Звезды. «В наступательном бою 18.2.45 г. западнее Зеефельд получил задачу связаться с подразделениями. Под ружейно-пулеметным и артиллерийско-минометным огнем противника, пробираясь по открытой и простреливаемой местности, доставил в срок боевое распоряжение командиру взвода; принял участие в бою при уничтожении гарнизона противника, засевшего в хуторе, где огнем из автомата уничтожил 2-х немецких солдат, вынес с поля боя тяжело раненного бойца с его личным оружием. Хорошо организовал работу по своевременной доставке донесений в штаб батальона и отправку их в вышестоящие штабы. За проявленную инициативу, храбрость и мужество достоин правительственной награды – ордена Красной Звезды». 

В целом старший сержант В.Ф. Лядичев награжден орденами Отечественной войны II степени, Красной Звезды и четырьмя медалями: «За отвагу», «За оборону Москвы», «За взятие Кенигсберга», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

После войны он служил регентом церковного хора в городе Егорьевске Московской области (1945-1947), регентом хора Николо-Козинской церкви в городе Калуге (1947-1971).

Рукоположен в сан священника в 1958 году. Был пострижен в монашество с именем Тихон в 1968 году. С 1958 по 1971 год служил регентом правого хора Всехсвятского кафедрального собора Тулы.
В 1971 году причислен к причту Всехсвятского кафедрального собора города Тулы, будучи регентом архиерейского хора. В 1982 году стал архимандритом. Удостоен церковных наград: палица (1972), крест с украшениями (1977).

КАЗАЧИНСКИЙ Михаил Тихонович, митрофорный протоиерей. Родился 28 июня 1915 года, в городе Почаеве Тернопольской области в семье священнослужителей. 11 января 1945 года был призван Почаевским райвоенкоматом в армию. С апреля 1945 года служил радистом батареи управления 31-й артиллерийской дивизии прорыва Резерва Главного Командования 1-го Украинского фронта, участвовал в штурме Берлина, будучи радистом при маршале И.С. Коневе.

В наградном листе приказа подразделения от 20 мая 1945 года написано: «Казачинский Михаил Тихонович за время наступательных боев с 11 января 1945 г. проявил себя честным, дисциплинированным бойцом. Работая радистом на радиостанции в период наступления в районах г. Сандомир, Брейслау, Нейсе и при форсировании канала на подступах к Берлину т. Казачинский обеспечивал бесперебойную связь, Противник огнем из своих орудий делал повреждения антенны. Тов. Казачинский под огнем противника быстро устранял повреждения и не допускал перебоев связи». 

После Победы Михаил Казачинский участвовал в Венгрии в подавлении последних очагов сопротивления. Награжден орденом Отечественной войны II степени, медалями «За отвагу», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

В 1947 году был демобилизован и в течение 10 лет работал заместителем директора по хозяйственной части в школе. Учился в Ленинградской духовной семинарии. В 1958 году рукоположен в сан священника.

В 1959 году стал настоятелем церкви Успения Пресвятой Богородицы в селе Нарышкино Тепло-Огаревского района Тульской области. В 1960-1967 гг. – настоятель Никольской церкви в поселке Крапивна, служил также в Ефремовском районе, в сельских храмах Белевского района, в Веневом монастыре.

С 1967 по 2000 гг. вновь был настоятелем церкви Успения Пресвятой Богородицы в селе Нарышкино. За сорок лет своего служения он снискал огромное уважение не только среди жителей района, но и во всей Тульской епархии. При нем Успенская церковь была окончательно восстановлена. Подсобное помещение в ограде было переделано под жилой дом, где он и жил со своей семьей.

За время своей службы священник Михаил Казачинский получил следующие церковные награды: палица (1974), крест с украшениями (1980), протоиерейство (1981), митра, орден святого князя Владимира III степени (1987).

Протоиерей Михаил Казачинский скончался в августе 2005 года на 91-м году жизни. По его просьбе он похоронен у южной стены Успенского храма в селе Нарышкино. По завещанию отца Михаила гроб был сооружен по всем правилам смиренного православного благочестия из струганного чистого дуба без обивки, могилку увенчивает православный дубовый крест. Добрым словом вспоминают о нем люди, много хорошего сделал он за свою долгую жизнь.

ПОЛИЩУК Емельян Климентьевич, митрофорный протоиерей. Родился 4 апреля 1927 года в Волынской области на Украине. На начало Великой Отечественной войны ему было всего 14 лет, и линия фронта проходила прямо по его деревне. Едва юноше исполнилось 17 лет, он был призван в армию и определен сначала в роту автоматчиков, а затем в снайперскую роту 57-го запасного полка в Саратовской области. На фронт он не попал, хотя, как и каждый мальчишка той поры, с первого дня войны мечтал повоевать.

На станции Татищево Саратовской области солдаты жили в лесу, в землянках, сами приносили дрова, хворост из леса, чтобы топить печки, вернее, приспособленные с этой целью бочки из-под горючего. «Хватило хлебнуть и голоду, и холоду, – говорил впоследствии отец Емельян, – но жили дружно. По-товарищески поддерживали друг друга. Последний кусок – пайку хлеба делили. Фронту помогали из глубокого тыла. Сами готовились к отправке на передовую: тренировались, обучались. Новойна закончилась».

После победы над Германией его полк передислоцировали в Ленинград и расформировали. А Емельян Полищук оказался во 2-м Ленинградском артиллерийском училище, где прослужил до начала пятидесятых годов, получив специальность водителя-механика быстроходного тягача. Имел высокую боевую награду, которой особо дорожил, – медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», а также пять юбилейных наград, среди которых юбилейная медаль «В честь 70-летия обороны Тулы и начала контрнаступления под Москвой».

В 1955 году Е.К. Полищук окончил МосковскуюДуховную семинарию, и весь его дальнейший путь был связан со служением Церкви: настоятель Казанской церкви в селе Туртень Ефремовского района Тульской области (1951-1958), священник церкви Димитрия Солунского в Туле (1958-1960, с 1990 г.), Спасской церкви Тулы ((1960-1963, 1965-1967), настоятель Успенской церкви в Алексине (1963-1965), храма Пресвятой Богородицы в селе Благодать Ефремовского района (1967-1968), второй священник Казанского храма в селе Дубики Ефремовского района (1968-1969), Казанской церкви в селе Хотушь Ясногорского района (1969-1972), настоятель Казанской церкви в селе Папоротка Богородицкого района (1972-1977), священник Покровской церкви в селе Новоселебное (1977-1978), настоятель Казанской церкви в селе Папоротка (1978-1990).

За это время он получил следующие церковные награды: набедренник (1958), камилавка (1961), наперсный крест (1964), протоиерейство (1967), палица (1972), крест с украшениями (1977), митра (2001), право служения Божественной Литургии с отверстыми Царскими Вратами до «Херувимской» (2007), орден святого равноапостольного великого князя Владимира III степени (1986), орден преподобного Сергия Радонежского III степени (1988), Патриаршая Грамота (1997). Умер 9 февраля 2013 годаи погребен на кладбище Димитрия Солунского в Туле.

Ефрейтор Е.К. Полищук

Отец Емилиан в молодости

Протоиерей Емелиан Полищук

ФРОЛОВ Григорий Иванович, митрофорный протоиерей. Родился 18 марта 1919 года в деревне Романовка Каменского района Тульской области. Родители у него были люди верующие, и сын все исполнял, что они скажут: «Мать с отцом в церковь часто ходили и меня с собой брали. Около иконы ставили, где певчие пели, а сами сзади меня стояли. Я слушал это пение поблизости от певчих и с юных лет полюбил церковь», — признавался потом отец Григорий.

После окончания в 1937 году семилетки Григорий работал сначала учеником бухгалтера, а затем бухгалтером-операционистом кредитной группы в Каменском отделении Госбанка.

В ноябре 1939 года был призван в ряды Рабоче-Крестьянской Красной Армии и стал  курсантом полковой школы 323-го стрелкового полка 81-й мотострелковой дивизии, относящейся к 8-й армии. С июня 1940 года по июнь 1941 года служил старшим писарем штаба полка.

«Накануне войны, в субботу, я взял увольнительную, чтобы погулять по улицам красивого города Львова, вспоминал Григорий Иванович. Вечером я что-то запоздал на свой ночлег. А у меня ключи были от кабинета, в котором я работал, и я там на ночь остался. Ранним утром заходит туда начальник финчасти и говорит мне: «Ты что, тут ночевал»? Я говорю: «да», а он мне: «Война идет. Немедленно вставай. Немец на нас бомбежкой пошел. Бомбят уже нашу часть». Я вскочил и прямо команда: выезжать и вступать в бой. Пока идет бомбежка, а за ней уже пойдет пехота. А когда бомбежка началась, по нашей части местные жители пулеметы наставили, и кто идет, по тем бьют. Позвонили в дивизию свою: «Что такое?» А нам отвечают: «Не волнуйтесь. Сейчас вопрос решается». Из окон жители по-прежнему стреляют, уже помогая немцам. Они и раньше недолюбливали нас, ведь это западная Украина. Пошли заправлять машины, а ни одна из них не заводится. В чем дело? Бензин есть, а машина не заводится. Стали проводить анализ, как оказалось, с водой соль. Машина идти не может. Вот что делали!  Это все у меня в памяти осталось. Сделали, конечно, и отправились мы на войну. Сразу пошли в отступление, и гнал нас немец, как овец, до самого Киева».

О последующих своих злоключениях в окаянные военные годы свидетельствуют лаконичные отметки в его записной книжке.

20 сентября 1941 года армия была окружена под Киевом и разбита. Прорываясь с бойцами из окружения к линии фронта, около трех месяцев в холоде и голоде скитался старший сержант Григорий Фролов по лесам и болотам, пока в декабре 1941 года он не вышел из окружения к своим в Тульской области.

Оказавшись в 50-м запасном полку на станции Щелковская, пробыл там на переформировании несколько месяцев, а с первого августа 1942 года начался пеший поход по маршруту Сальск-Николаевка-Жуковка-Молотовск-Ново-Александровка.

5 августа 1942 года его полк попал в окружение, и вновь продолжились многомесячные скитания Григория Фролова, пока в ноябре того же года он не был пойман полицией в деревне Никольское Орловской области. Неделю пребывал в Тросне Орловской области, потом доставлен в тюрьму областного центра, где находился полгода, а следующие пять месяцев – в белорусском городе Бобруйске.

В ноябре 1943 года вывезен в Германию в лагерь военнопленных в Болхино, а затем во Францию на шахты-рудники Геландрес. Пришлось поработать ему и в каменных шахтах Лотарингии, а в декабре 1944 года он оказался в общем лагере военнопленных в немецком городе Лимбурге, который 27 марта 1945 года был освобожден американскими войсками.  К тому времени Григорий уже три недели болел тифом, причем болезнь затянулась в общей сложности на сорок дней.

28 мая 1945 года его переправили к своим в 149-й армейский запасной стрелковый полк 8-й гвардейской армии, а уже с середины июля старший сержант Г.И. Фролов находился в роте охраны при репатриации советских граждан под Лейпцигом. До конца мая 1946 года он служил старшим писарем войсковой части 52656 при Военном Совете 8-й гвардейской армии.

На фронте молитва неоднократно спасала его от, казалось бы, неминуемой гибели. «Однажды прямо рядом со мной взорвалась немецкая мина. Перед глазами – яркое пламя. Я молился в тот момент. Когда дым рассеялся, осмотрел себя. И чудо – цел и невредим!  Все на мне чисто, ничего не повреждено, даже одежда цела».

В другой раз «находился я в тяжелых обстоятельствах. Мы отступали, от танков бежали. А один танк все за мной идет. Я от него, а он по пятам за мной. Я в окоп тогда, а он над окопом начал вертеться, увидел, что я там и принялся «утюжить» окоп, видимо, хотел меня задавить. Молитва у меня постоянно на устах была. Без молитвы, я думаю, не спастись мне. И танк пошел дальше своим ходом, а я потом вылез оттуда». Возможно, эти эпизоды и повлияли на выбор дальнейшего жизненного пути Григория Фролова.

После проверки и реабилитации демобилизован из армии в конце мая 1946 года. Награжден орденом «Отечественной войны II степени, медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

В течение девяти лет работал инспектором банка, экономистом и бухгалтером, а с 1955 года – главным бухгалтером Ефремовского молокозавода. «Отработал 20 лет на комбинате, но я посещал церковь, Бога не забывал, хотя священником еще не был. Я часто посещал Троице-Сергиеву лавру, райком об этом узнал, что я молюсь Богу, и стал на меня нападать. Но номенклатура у меня была не местного подчинения, а тульского начальника, который ко мне благоволил за то, что работал я честно. Тогда поехал я за советом в Троице-Сергиеву лавру, где мой духовный отец архимандрит Наум предложил оставить все свое имущество и приезжать сюда: «Тебе надо быть священником». А матушка около меня стоит и говорит ему: «Ой, батюшка, да какой же из него будет священник». И я считал, у меня и в мыслях не было, чтобы пойти в священники. Я верую в Бога и хожу в церковь, а быть священником этого я недостоин. Я не знал, как быть священником, но отказываться я не имел никакого права, когда мне духовный отец что скажет. Это как в семье дети должны слушать своих родителей, так и я слушал своего духовного отца и исполнял его волю. Из комбината я ушел, дом свой оставил, и мы временно поселились с матушкой у частного лица, возле лавры. И стали меня готовить на священника». 

Так, вследствие гонений на религиозной почве в 1975 году Григорий Иванович Фролов вынужден был уволиться с престижной работы по собственному желанию, не дождавшись довольно приличной по тем временам пенсии, и в течение трех лет трудился простым сторожем.

Причиной столь необъяснимого, по житейским меркам, поведения, оказалась вера, скрывать которую от окружающих больше не хватало сил. Выбор был сделан раз и навсегда, но духовное образование на тот момент получить оказалось непросто, тем более что его возраст приближался уже к 60 годам.

Поэтому будущий батюшка учился при Иоанно-Вознесенском соборе райцентра и в 1981 году был рукоположен в священники архиепископом Амвросием, когда ему шел уже 63-й год. Пять лет отец Григорий являлся настоятелем Свято-Троицкой церкви в селе Петровском Ивановской епархии, после чего перешел в Тульскую и Белевскую епархию.

Здесь, начиная с 1986 года и до последнего дня своей земной жизни протоиерей Григорий Фролов служил настоятелем Свято-Богоявленского храма села Мишнево Суворовского района, отдавая ему все свои силы – духовные и физические.

Его кредо – быть не работником, а служителем. При таком подходе отца Григория хватало на все, даже на занятия пчеловодством на досуге.

«Священник Фролов Григорий Иванович скромный священнослужитель, хороший хозяин и примерный священник, пользующийся любовью и уважением прихожан»,– отмечал еще в 1990 году высокопреосвященнейший Серапион, митрополит Тульский и Белевский.

Действительно, прихожане горячо любили отца Григория за самоотверженное служение Богу. Своей сердечностью и душевным обращением с народом он привлекал в храм богомольцев из самых отдаленных мест. Многие люди были утешены и обогреты его отеческой любовью.

Прошедший сложнейший жизненный путь, он учил своих прихожан и духовных чад: «Что касается скорбей на нашем пути – они неизбежны. Главное – не унывайте, а старайтесь с помощью Божией делать возможное. Всегда содержите в памяти Евангельское слово самого Господа «в терпении вашем стяжите души ваша», и «претерпевший до конца спасен будет».

Помимо государственных, отец Григорий получил также высокие церковные награды. Указом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла удостоен права ношения митры. Интересно, что все три сына Григория Ивановича Фролова – Николай, Евгений и Алексей – избрали тернистый путь священства даже раньше отца и продолжили дело служения Христу после его кончины. Митрофорный протоиерей Григорий Фролов преставился 7 февраля 2013 года на 94-м году жизни.

Митрополит Тульский и Белевский Алексий в своем прощальном слове вспомнил, что старейший в епархии батюшка «был верным служителем алтаря Господня. Вся его жизнь, десятки лет беспорочного служения на простом сельском приходе, в глубинке нашей благословенной Тульской земли были раскрытием глубокого источника сердечной любви, которой он возлюбил Христову Церковь».

Его похоронили за алтарем храма Рождества Пресвятой Богородицы на кладбище женского епархиального монастыря поселка Горелки рядом с местом упокоения его приснопамятной матушки Александры, как и завещал отец Григорий.

Образ смиренного и заботливого, доброго пастыря навсегда останется в сердцах духовных чад, прихожан и всех, кто хоть раз соприкасался с этим замечательным человеком, который отдавал всю свою любовь и заботу пастве Христовой.

       Старший сержант Г.И. Фролов. 1945 г.              

                

Митрофорный протоиерей Григорий Фролов

ИЛЬИНСКИЙ Леонид Алексеевич, протоиерей. Родился 14 апреля 1900 года в селе Кадное Ефремовского уезда Тульской губернии. Сын священника, в 1917 году он окончил два класса Тульской Духовной семинарии. Служил в Орловской епархии псаломщиком и настоятелем (1923-1934), затем по болезни был отправлен за штат.

Шесть лет работал бухгалтером, в 1940 году окончил бухгалтерские курсы. 17 марта 1945 года призван в армию 29-м сборно-пересыльным пунктом. На фронтах Великой Отечественной войны с 25 апреля 1945 года.

Приказом по 1133-му стрелковому Севастопольскому полку 339-й стрелковой Таманско-Бранденбургской Краснознаменной ордена Суворова дивизии 33-й армии 1-го Белорусского фронта от 12 мая 1945 года красноармеец Л.А. Ильинский награжден медалью «За отвагу». Будучи стрелком 6-й роты, говорится в наградном листе, «29 апреля 1945 года при ликвидации группировки противника проявил храбрость и отвагу, уничтожил 3 немецких солдат и 5 взял в плен».

Священник в селе Кочаки (1951), в разных храмах Тульской епархии, второй священник в поселке Епифань (до 1967), исполняющий обязанности настоятеля Спасского храма Тулы (1967-1969), третий священник кладбищенской церкви Димитрия Солунского (1969-1972). Умер 4 февраля 1972 года и похоронен в городе Туле.

     Протоиерей Леонид Ильинский

КАЗАЧИНСКИЙ Александр Тихонович, протоиерей. Родился 10 сентября 1924 года в Почаевском районе Тернопольской области в семье священнослужителей. В 1944-1945 гг. участвовал в Великой Отечественной войне.

В 1957 году после окончания Ленинградской духовной семинарии был рукоположен в сан священника и стал настоятелем Иоанно-Богословского храма в поселке Куркино Тульской области. Затем служил в Казанской церкви села Папоротка Богородицкого района, во Всехсвятском кафедральном соборе, в Казанской церкви в селе Дубики Ефремовского района, был настоятелем Покровской церкви в селе Благодать Ефремовского района, Богоявленской церкви в селе Хитровщина, а с 1971 по 1995 год – Иоанно-Предтеченской церкви в Веневе.

Награжден медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», палицей (1972), крестом с украшениями (1977), орденом преподобного Сергия Радонежского III степени (1982). Уволен на покой в 1995 году, скончался 2 апреля 2001 года.

СТЕПАНОВ Георгий Яковлевич, протоиерей. Родился 13 апреля 1910 года в городе Москве. В 1932 году окончил Московскую Духовную академию. С 1941 по 1945 год служил в 191-м гвардейском стрелковом полку 64-й гвардейской Красносельской Краснознаменной стрелковой дивизии. Участник обороны Ленинграда, сопровождал грузы по «дороге жизни».

«В бою с немецко-финскими захватчиками на Карельском перешейке 26 июня 1944 года, первым поднявшись в атаку, своим примером увлек за собой остальных товарищей, первым ворвался в траншею противника и в рукопашной схватке уничтожил 3-х финнов». (Из наградного листа). Как известно, в то время Финляндия была союзником гитлеровской Германии.

За этот подвиг приказом по 191-му стрелковому полку 64-й гвардейской стрелковой Красносельской Краснознаменной дивизии Ленинградского фронта от 2 июля 1944 года стрелок 1-го стрелкового батальона гвардии красноармеец Г.Я. Степанов награжден медалью «За отвагу».

Состоял в обновленческом расколе, принят в общение с Православной церковью (1946), перерукоположен в сан диакона и пресвитера. Служил в Ленинградской области (1946–1952).

С 1953 года – священник в селе Панино Дедиловского района Тульской области, Покровской церкви в селе Новоселебное Болоховского района, настоятель Троицкой церкви в городе Белеве и церкви святого Димитрия Солунского в Туле.

Целых 30 лет, в 1955-1985 гг. он являлся настоятелем Свято-Никольской церкви в поселке Кочаки Щекинского района. «…Несмотря на преклонный возраст и посещающие его недуги, старается усердно исполнять свое служение, патриотически настроен», – писал о нем митрополит Тульский и Белевский Ювеналий (1973).

Григорий Яковлевич Степанов получил государственные награды: медали «За оборону Ленинграда» (1942), «За отвагу» (1944),  «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (1945), орден Отечественной войны II степени (1985).

Отец Григорий удостоен следующих церковных наград: орден святого равноапостольного князя Владимира III степени (1970), митра (1973), право служения с отверстыми Царскими Вратами до «Отче наш», орден преподобного Сергия Радонежского. Протоиерей Григорий Степанов скончался 10 сентября 1996 года в городе Туле.

Протоиерей Георгий Степанов

ЧУДАКОВ Михаил Федорович, протоиерей. Родился 25 июля 1923 года в селе Лидинка Богородицкого района Тульской области. С 1941 по 1943 год участвовал в Великой Отечественной войне. В 1943 году демобилизован по ранению. Награжден медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

Рукоположен в сан в 1956 году. Настоятель Иоанно-Предтеченского храма в поселке Епифань Кимовского района Тульской области (1943-1991).

Протоиерей Михаил Чудаков

КРАСНОЦВЕТОВ Владимир Михайлович, священник. Родился в ноябре 1919 года в городе Гусь-Хрустальный Владимирской области. В 1937 году окончил среднюю школу в городе Пушкине Ленинградской области и поступил учиться в Институт коммунального строительства на факультет художественного мастерства.

В 1941-1945 гг. участвовал в Великой Отечественной войне. Его воспоминания о начальном периоде войны приведены в книге архимандрита Дионисия (Шишигина) «Былое пролетает…».

«С небольшим чемоданчиком вместе с другими призывниками ссыльный иеромонах Пимен оказался на вокзале, где ожидал отправки во Фрунзенское пехотное училище. «Кругом толпы стриженых мальчиков, провожающих, гулкие объявления из огромных динамиков, вспоминал свой призыв священник Владимир Красноцветов, понять, что объявляют, очень трудно. Появился наш сопровождающий лейтенант, выстроил нас в две шеренги, произвел перекличку по списку, указал наши вагоны. Минут пять ждем, и команда: «Занять вагоны!».

Состав тронулся, и перрон остался позади. В теплушке у потолка раскачивается фонарь, бросая скудный свет на совсем еще молоденькие лица призывников. Посередине вагона железная печка и куча угля, на табуретке большой цинковый бак с водой и жестяной кружкой на цепочке, справа и слева двухэтажные нары, на них солома.

Везли нас очень медленно… Приехали. Начальство торопится нас пересчитать, и шагом марш в баню за полтора километра от вокзала. После бани, одевшись, мы не узнаем друг друга все стали на одно лицо, только одни выше, другие ниже. Вместе стали серо-зеленой массой, состоящей не из людей, а из красноармейцев. Месячный карантин. Готовят к принятию присяги. Изучение уставов караульной, строевой и боевой службы. Четыре часа строевой на плацу: повороты, шагистика, движение строем. Расписание плотное, личного времени очень мало, на коечке не поваляешься. После карантина общее построение. У портрета «дорогого вождя» стол, покрытый красной скатертью, за ним сидит начальство. Перед столом развернутое знамя части. Вызывают по списку, подхожу строевым шагом к столу, беру текст присяги и громко перед строем, перед лицом командования читаю: «Я, гражданин Советского Союза, вступая в ряды Красной Армии… Если же я по злому умыслу… то пусть меня… суровая кара… всеобщая ненависть и презрение трудящихся».

Волнуюсь ужасно: а вдруг выяснят, что я скрыл свою принадлежность к «служителям культа», неужели меня вновь покарает суровый советский закон? Ложь во спасение».

Награжден орденом Отечественной войны II степени и медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

Был рукоположен в сан священника в 1956 году. С 1957 года – настоятель в селе Порецкое, в то же время уволен за штат по состоянию здоровья.

Священник Владимир Красноцветов

РОМАШОВ Александр Петрович, священник. Родился в 1910 году в городе Вельске Саратовской области. В 1928 году окончил семилетку. В 1941-1942 гг. участвовал в Великой Отечественной войне. В 1942 году демобилизовался по ранению. Награжден медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»

Рукоположен в сан священника в 1944 году. В 1955 году – второй священник в городе Одоеве Тульской и Белевской епархии.  В 1956 году уволен за штат с правом перехода в Калужскую епархию.

Священник Александр Ромашов

САВИН Виктор Васильевич, священник. Родился 20 июня 1924 года на станции Лопуховка Саратовской области. В 1942 году окончил среднюю школу. С 1942 по 1944 год – участник Великой Отечественной войны.

В 1952 году окончил Саратовскую духовную семинарию. Рукоположен в сан священника в 1955 году. В 1956 году – настоятель Свято-Георгиевского храма в селе Манаенки Арсеньевского района Тульской области, в 1957-1987 гг. – священник Калужской и Боровской епархии.

Награжден медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и медалью преподобного Сергия Радонежского 1 степени. Скончался в 1993 году.

Священник Виктор Савин

ЩЕГЛАКОВ Семен Петрович, священник. Родился 25 апреля 1892 года, второй священник Никольской церкви села Ровки Лазаревского района Тульской области. 18 лет церковного стажа: псаломщик в Одоевском уезде (1915-1916), диакон, священник (1930), рабочий завода (1934-1940). Прошел всю войну, награжден медалями «За взятие Кенигсберга» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

После демобилизации продолжал служить в Тульской епархии, в селе Себино Епифанского района Тульской области (1959).

ГЛАГОЛЕВСКИЙ Константин Владимирович, диакон. Родился 29 мая 1902 года. До начала Великой Отечественной войны служил диаконом храма Святых Двенадцати Апостолов, имея к тому времени церковный стаж17 лет.

1 сентября 1941 года был призван в Красную Армию Пролетарским райвоенкоматом города Тулы. Участник героической обороны Москвы, он затем воевал на Северо-Западном фронте, а с марта 1944 года – на 1-м и 2-м Белорусских фронтах как стрелок комендантского взвода отдельной роты управления 48-й инженерно-саперной Брестской бригады.

«Красноармеец К.В. Глаголевский в период наступательных операций с 14 по 31 января 1945 года, являясь стрелком по охране штаба бригады, в любых условиях дня и ночи нес службу бдительно. Будучи активным участником ансамбля художественной красноармейской самодеятельности, неоднократно выступал в подразделениях бригады, в боевой обстановке, помогая командованию в организации досуга бойцов и офицеров». (Из наградного листа).

Приказом 48-й инженерно-саперной Брестской бригады 70-й армии от 15 февраля 1945 года от имени Президиума Верховного Совета СССР за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество тов. Глаголевский награжден медалью «За боевые заслуги».

Прошло всего четыре месяца, и 20 июня 1945 года его награждают уже орденом Красной Звезды. В наградном листе о нем сказано следующее:

«Тов. Глаголевский участник Отечественной войны с сентября 1941 года. В отдельной роте управления с марта 1944 года. За время своей службы он бдительно нес караульную службу по охране штаба бригады, проявив высокую бдительность, тем самым обеспечив нормальную работу штаба в условиях наступательных операций. Во время форсирования р. Одер, тов. Глаголевский работал по обеспечению нормальной работы связи. С группой связистов он проложил телефонный кабель по взорванному мосту через р.Одер, под интенсивным обстрелом противника, вовремя обеспечив нормальную связь с наступающими подразделениями».

На его счету также медали «За оборону Москву» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.». Скончался 21 ноября 1955 года и погребен на Всехсвятском кладбище города Тулы.

Фотография К.В. Глаголевского на памятнике

Белов Александр Георгиевич, ведущий специалист Тульского военно-исторического музея