Во имя Отца и Сына, и Святого Духа!

В этот торжественный и праздничный день историческая Русь, ныне пребывающая по всему лицу земного шара — ибо нет сегодня ни одного континента на нашей планете, где бы ни жили чада Русской Православной Церкви — благочестно и молитвенно совершает память великого своего предка — крестителя Руси, равноапостольного, благоверного Великого князя Владимира, во святом крещении Василия.

1022 года назад для всей полноты народа нашего он явился той личностью, какой в свое время за тысячу лет до князя Владимира явился креститель Христов Иоанн, когда указал на Иисуса из Назарета Галилейского, сына ткачихи Марии и плотника Иосифа, как на Сына Божия, сказав, что Он есть принимающий на Себя грехи мира Агнец Божий (Ин. 1, 29), закланный прежде создания мира (Откр. 13, 8), чтобы через смерть, которая есть неизбежное следствие людского греха (Рим. 1, 23), будучи единым безгрешным (2 Кор. 5, 21) ввести полноту жизни в подвластные смерти человеческое естество и подчиненного ему многообразие чувственного мира для богоподобного бытия в славе Божией. И поэтому всякий, кто с Ним умрет для греха, с Ним и воскреснет.

О себе же самом Иоанн свидетельствовал, как о голосе, вопиющем в пустыне (Мф. 3, 3), чтобы каждый в сердце своем уготовил прямой и беспрепятственный путь для Бога, через Того, Кто берет на себя грех всего мира. То же самое свидетельство принес и продолжает приносить для всех поколений исторической Руси благоверный князь Владимир. Мы знаем, что для него это было делом всей его жизни в христианстве.  Это был непростой жизненный путь – путь выбора между добром и злом, путь ответственного самовластного рассудочного предпочтительного выбора между различными мировоззренческими концепциями, верами соседних народов. Его выбор был подобен выбору апостолов, о котором нам сегодня напомнил первоверховный из них святой Павел, в своем послании Галатам (Гал. 2, 19-21), свидетельствующий о себе, что пришел к нему не как к опыту, доставшемуся по наследству от предков, и не от книжной мудрости, а благодаря непосредственному по благоволению Бога Отца откровению Самого Сына Божия, нашего ради спасения, воплотившегося и вочеловечившегося.

Точно такое же свидетельство о себе приносит нам наш равноапостольный Креститель. Сын Киевского князя-воина Святослава и Малуши, Ольгиной ключницы, природный Киевский князь, внук блаженной псковитянки Ольги и ее супруга князя Игоря, сын рожденный и воспитанный в традициях язычества, но уже знающий, что рядом с ним живут христиане, среди которых сияет мудростью и благочестием бабка его державная Ольга, во святом крещении Елена, он видит, что и бабка, и мать исповедуют христианство. Но сам, подражая отцу, живет принципами языческими, признающими существование высших сил, с действием которых приходится сталкиваться и неизбежно выстраивать с ними отношения с единственной целью – завладеть и подчинив их себе магией обрядов. А для этого есть много способов: задобрить, принеся дары, или каким-то хитрым образом, таинственными словами — загово́рами так оплести, чтобы никуда не делись. А уж человек, рожденный для власти, понимает: есть разные уровни ее, в том числе земной, видимый, и невидимый, но та, таинственная власть прибавит могущества на земле, если суметь ее подчинить себе.

И живя по наследственной религиозной традиции предков, сталкиваясь с проблемами, князь Владимир видит, что мотивы поведения человека зависят от его религиозности от понятия о Божестве и конечной цели жизни, формирующих идеал, достигаемый человеком в его жизни. У русичей — язычников она одна, у живущих поблизости хазар – другая, а у соседей в великой христианской державе Византии принята другая основа жизни – иные духовные принципы, отражающие понимание Бога, которому они верят.

Для того чтобы понять, как лучше властвовать, править государством с пользой для себя и для своего народа, князь начинает изучать эти различные духовные устои. Мысль его останавливается на православии, он с интересом смотрит на Византию – пока, как на великую и богатую страну. И хоть меж Византией и русскими идет постоянная вражда, два брата в Константинополе, которые сидят на троне и делят власть, для того чтобы привести свою страну к нормальному существованию, просят его, Киевского князя, прийти и помочь ратной силой. Он дает согласие, но ставит условие: помогу, но, чтобы моя власть и в моих собственных глазах, и в глазах моего войска и народа была усилена до предельно возможного состояния, вы должны породниться со мной, отдав за меня замуж вашу сестру.

Пути Господнего промысла, о котором говорит апостол Павел в том же послании о себе самом, неисповедимы. Гнал же Савл Церковь Божию, думая, что является ревнителем благочестия отеческого и борется за правду Божию, и только когда Сам Бог благоволил открыть в нем Своего Сына, он прозрел. Вот и византийские императоры согласились при одном условии: отдадут сестру за князя лишь, когда он примет христианство, а стало быть, и соседняя держава станет единоверной.

Конечно, князю Владимиру хотелось иметь такую власть, быть в родстве с царствующим Византийским двором, пред которым склонялась вся тогдашняя средиземноморская и европейская цивилизация, как пред образцом благополучия на земле, но цена была дорогой – принятие иной веры. Недаром были посланы посольства в нашу землю, и каждый свою веру предлагал, но рассуждено было князем и дружиной, что лучше держаться греческого закона, который мудрейшая из жен, бабка князя Ольга, приняла. Когда же послы наши, пройдя по всем землям, зашли в храм Софии Константинопольской на православное богослужение, то, вернувшись в Киев, рассказали, что они пережили, что почувствовало их сердце, чем оно наполнилось, заявив: «Мы не знали во время службы, где находимся — на земле или на небе». Однако Владимир медлит, хотя уже принял оглашение и обручился с греческой царевной. Господь посылает ему слепоту, которую исцеляет вместе с малодушием духовным в Крещенской купели в Херсонесе. Ветхий Владимир умер со Христом для грехолюбия, восстал же новый Василий, приведший к свету Солнца правды Христа свой народ.

Когда князь принимает христианство, с ним происходит преображение. Он увидел, что сам весь соткан Любовью Творца, проникся спасительным страхом ответной сыновней любви к Творцу и Промыслителю, немыслящей ничего богопротивного. Понял из опыта, что лишь Христово царство сияет Божественным радостоносным светом, творит из ничего все многообразие существующего причастным Своим энергиям. Чтобы жить единой жизнью с Ним, значит надо доброхотным актом ответной самозабвенной любви отвергнутся самого себя (Мф. 16, 24), и все, что имеешь, совершено бескорыстно, по – детски доверительно вложить в любящую длань Божия промысла, если сам хочешь быть не куклой на престоле, а живым выразителем, иконой Христа, Царя царствующих, отличительная привилегия Которого в жертвенной любви до смерти ради жизни друзей своих (Ин. 15, 13).

И Христос для него стал той Дверью, на которую он указал своему народу, избрав на века для всех нас этот Образец нашего благобытия здесь, на земле, которое и открывает собою путь любящим Его в вечное благобытие. И мы видим, как чудесно в христианском житии князя все осуществилось: он был верен в малом, как говорит Господь, чтобы принять поставление над многим (Мф. 25, 23).

Искать прежде всего Царства Божия и правды Его, и Бог подаст благодать разумной достаточности земного успеха и счастья (Мф. 6, 33). Доверяя Богу как Отцу больше, чем самому себе, Князь открыл все свои закрома – пожалуйста! И кто живет в Киеве, и гости перехожие, все могли заходить на княжеский двор, брать хлеб и другую еду, заходить в казну, и там брать – по принципу «отдадите, когда будет, а не будет – Бог простит!». И удивительно: люди берут, а этот источник не оскудевает, незримая чудесная сила наполняет его. Потому что не живет человек собою, и Бога не в кармане, как волшебную палочку, держит – чтобы доставать оттуда при надобности, а всего себя бескорыстно Богу отдал и свидетельствует: «И уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2, 20).

Более того, читаем мы в летописях у преподобного Нестора, что и далее по всему Киеву ходили посланные, выкликали, чтоб хромые, слепые, калеки шли и брали по потребе – и всем всего опять хватает. Христос не был для князя и его народа внешней реальностью проявлением, живущим где-то на стороне. Он – внутри. Во свидетельство истинности сказанного Им: «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17, 21).

И это – закон жизни для каждого из нас, открытый князем Владмиром для всех его потомков и духовных наследников. Как отрадно, что мы можем видеть не только апостолов из евреев, прошедших путем Христовым, но и исконного русича, славянина, прошедшего равноапостольным путем в осуществлении своей совершенной любви ко Христу.

А что же мы, потомки, фактически – дети его? И мы можем пройти этим путем, и он, князь — креститель, будет помощником и наставником нашим, но каждый должен при этом потрудиться, принять Христа как смысл смыслов нашей жизни и быть верным Ему до конца. И ради этой благодати мы с вами сегодня на Тульской земле, в храме, освященном во имя князя Владимира, собрались в евхаристическом единении с Подвигоположником нашим Христом Спасителем. И Князь Владимир, как хлебосольный хозяин, питает нас истинной пищей благодати спасительной веры и благочестия, насыщает подлинными смыслами жизни, побуждает и оживляет все движения сил наших к тому, чтобы и мы, житейское отложив попечение, прежде всего, искали Царствия Божия и правды Его, а все остальное приложится (Мф. 6, 33) как плод благочестия. Аминь.