Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

«Иди за Мной» (Мф. 8, 22), — вот уже в течение двух тысячелетий новозаветной истории слышит род человеческий этот призыв Христа Спасителя. После того как он впервые прозвучал из уст Бога, воплотившегося нас ради человек и нашего ради спасения, и услышали его ученики и апостолы, а в след за ними, преемственно сменяя друг друга, приходят на исторический подиум людские поколения и слышат все тот же, обращенный к «внутреннему человеку» (2 Кор. 4, 16) Божий призыв.

Бог-Троица, создавший века, землю, море и все, что наполняет их (Исх. 20, 11), во свете живущий неприступном, пребывая сокровенным, Каков Он есть по Своему существу, по Своей Пресущественной природе Он ве́дом только Самому Себе в самозабвенном взаимоопразрачниваемом общении Трех собезначальных единосущных самосознающих свою инаковость пребожественных Лиц Отца и Сына и Святого Духа. Пребывая во всепревосходящей полноте абсолютного Блага, Триединый Бог самоохотно творит, вызывая из небытия к бытию в Свое со-присутствие для взаимодействия многообразие тварного мира и выделяет в нем род человеческий, как сообразных Себе самосознающих, разумно-волевых личностных существ, обладающих единой и общей всем им душевно-телесной природой, способных достигать обо́жения по сходству с Создателем и по подобию Ему, которые в межличностном общении с Ним могут предстоять Своему Творцу и Промыслителю и воспринимать, познавать, переживать Бога в причастии Его нетварным действиям, Его силам, Его проявлениям, Его Божественной славе.

Такое доброхотное самооткровение Бога людям, наделяет их способностью по природе своей реально воспринимать в самих себя несозданные действования многообразных Божественных энергий, усвояя их как свои собственные. То есть, переживая это богоблагодатное действие, конкретный человек в своем сознании, по присущему естеству нашему закону познания, облекает этот опыт в некий внутренний, выражающий его суть мысленный образ, который может быть явлен и в слове, и в предметном воплощении, и в действовании конкретного человека.

Таким образом через открывающееся в нашем сознании опосредованное образное отпечатление предвечного замысла Божественного откровения мы входим в реальную причастность жизни Божественной, не сущности Божества, что никакому созданию не доступно, но той полноты энергийной жизни Пребожественной и Всепревосходящей Преблаженной Триединой благости, которая присуща Богу-Троице как Несозданному и Всеблагому, и Всесовершенному, и Всерадостному, и Вселикующему, и Всеторжествующему, и всепревосходящему, в Своей Полноте любящему Свои создания самобытному Духовному Существу.

Начальное, в меру естественной нашей по сравнению с Божеством ограниченности, откровение Самого Себя нам, людям, Бог явил в мироздании, а полное – в Своем воплощении, когда Сам, как Второе Лицо Единосветлой Троицы, будучи неописуемым ипостасным Образом Бога и Отца (Евр. 1, 3), Он стал и Одним из нас и ясным, доступным для нашего восприятия и осознания образом открыл Себя, собезначального и единосущного Отцу и Святому Духу, чрез единое и общее со всеми людьми человеческое естество. Но как не просто нам принять в своем повседневном жизненном опыте поврежденности, искаженности падшего нашего естества эту благостную реальность жертвенной Божией любви, как в себе самих, так и вокруг себя, в обществе!

Но тот, кто действительно в жизни пережил причастность к бескорыстной Божией любви, не может усвоить ее себе своекорыстно, но будет свидетельствовать эту превосходящую благость Божию, одаряя ей всё миробытие. Вот уже два тысячелетия Новозаветной истории Бог безгранично терпеливо пробуждает в нас живое, но нам, к сожалению, не всегда и не всем желанное, внимание к Себе чрез бесчисленный облак Своих свидетелей и верных друзей, (Евр. 12, 1) каковы в первенствующей Церкви были святые апостолы, а в близкие к нам времена, родные нам по плоти, предшественники наши, как блаженные Иоанн, Христа ради юродивый Тульский чудотворец, Евфросиния Колюпановская и Матрона Себинская, Московская, новомученики и исповедники земли Тульской, которые, слыша Христов зов: «Иди за Мной!» (Мф. 8, 22) откликнулись на него благодарной верностью в тяжелых лишениях до последнего вздоха и даже до крови.

Нам, христианам XXI века, доступно поверить их опыту и пойти вслед за ним тем же путем, чтобы постепенно приобщиться к глубине любви Божественной и небесной радости. В этом и есть Торжество Православия, которое ни что иное есть, как ответный порыв твердой веры, несомненной надежды и негасимой любви разумно-свободной человеческой личности к жизненосной любви своего Творца, Промыслителя, Искупителя и Освятителя. Православие — не «правильно выговоренные в нужном порядке и тональности слова» или правильно выполненные обряды, от начала Церковной истории нам переданные, нет!

Оно — только в желанном, искреннем, сыновнем, благодарном, радостном, послушливом обращении к Богу во всем: и в мыслях, намерениях, именуемых нами в греческой огласовке иконами, и воплощенных нами в словах, и делах, а также особо в материальных изображениях, выражающих Божественную реальность, явленную в опыте Церковной жизни, к которой мы духовно приобщаемся, видя в живописных иконах и слыша, в Писании, ощущая в Таинствах, священнодействуемых Богом-Словом, ставшим Одним из нас, и деятельно сияющим в людях, которые желанно по сходству со Христом обо́жились через свое причастие к любви Божественной, как это явлено преблагословенной Приснодевой-Богородицей и всеми святыми, иконы которых благоговейно почитаются нами, приобщая нас к той же благодати христоподобия, что приобрели святые апостолы, о которой первоверховный Павел свидетельствует, призывая нас: «Подобны мне бывайте, как я Христу» (1 Кор. 4, 16).

Церковное чинопоследование «Торжества Православия», которое сегодня мы с вами совершаем, напоминает о конкретном историческом событии, бывшем в Константинопольской поместной Церкви в 843 году, когда в первый воскресный день Великого поста, после 120-летних иконоборческих гонений, при блаженной памяти правоверной императрице Феодоре и святом Патриархе Мефодии Господь усмирил бурю так называемой императорской ереси, и Церковь Божия победоносно, молитвенно свидетельствовала Торжество Православия — несокрушимую Любовь Божию, через благочестивую веру и несокрушимую верность Христовой истине православных христиан – мучеников и исповедников, преизливающуюся животворным сиянием вечной Истины во все многообразие богозданного мира.

И мы сегодня, обстоя престол благодати, жертвенник Божией любви и пребывая единомысленно, единонравно, единодушно и единодейственно вместе со всем сонмом исповедников святого Православия, приобщились жизненосным откровениям многообразия Божией любви через образное восприятие их словесных и иконных изображений нашим внутренним духом почтительным стремлением к ним и к Единому нашему Идеалу – Богу, во Святой Троице славимому и поклоняемому. Не будем настолько слепы и нерадивы, чтобы не откликнуться на спасительно достигший и нас зов Христов: «Иди за Мной» (Мф. 8, 22). Откликнемся и на призыв первоверховного апостола Павла: «Подобны будьте мне, как я Христу» (1 Кор. 4, 16).

Откликнемся любовью и взаимным доброхотным уважительным, ради Бога, послушанием друг другу, являя чистоту нашей веры и благочестия. Тогда радость совершенная, радость торжества Православия станет достоянием как нашей личной жизни, так и начнет радостоносно преизливаться вокруг нас, чтобы все люди, видя наши добрые дела, прославляли Отца нашего небесного (Мф. 16, 17), Ему же слава и держава в бесконечные веки веков. Аминь.