В Тульских Епархиальных Ведомостях № 3-4 за 1901 год помещена статья о первом пастырском визите в город Тулу самого известного в России священника и всеми горячо любимого протоиерея Иоанна Кронштадтского. За официальными сообщениями об этом событии во всех тогдашних печатных изданиях скрыт факт его посещения села Панское Алексинского уезда. Предлагаем нашим читателям ознакомиться с имеющимся историческим свидетельством о тех событиях.

26 августа 1900 года около 11 часов ночи прибыл в Тулу отец протоиерей Иоанн Ильич Сергиев или «Кронштадтский», как он более известен у нас на Руси. Встреченный на вокзале толпами народа и некоторыми представителями градских властей, о. Иоанн проследовал в архиерейский дом, где ему приготовлен был ночлег, а на другой день, 27 августа, в воскресенье, с благословения Его Преосвященства, служил с кафедральным духовенством позднюю Божественную Литургию в кафедральном соборе. К слушанию Литургии в собор, несмотря на неожиданность приезда о. Иоанна, явилось столько народа, что в храме поместиться могла только некоторая часть желающих помолиться вместе с дорогим и всеми уважаемым батюшкою.Божественная служба продолжалась от 9 до 11 часов.

После чтения святого Евангелия о. Иоанном было сказано краткое слово по поводу производимого в церквах сбора пожертвований на больных и раненых воинов в Китае, приблизительно в следующих выражениях: «Дорогие братья и сестры, граждане и гражданки города Тулы, туляки и тулячки! В первый раз пришлось мне посетить ваш город и совершать Божественную службу в этом прекрасном храме. Приветствую всех вас, собравшихся в этом храме для молитвы, призываю на вас Божие благословение и молю от Господа Бога вам всякого здравия и благополучия, изобилия плодов земных, духовных благ и всякого успеха в добрых делах ваших. По просьбе здешнего вашего батюшки скажу вам несколько слов о сборе пожертвований в пользу наших воинов в Китае. Бывшая война европейских народов с отдаленным Китаем из-за возникших в нем нестроений, потребовала и требует от России особого финансового напряжения, особых денежных расходов. Требуются усиленные средства на содержание наших войск в Китае, на лечение больных и раненых, на уход за ними, на отправку в Китай для тех же целей наших отрядов сестер милосердия, сестер красного креста и врачей. Поэтому необходима помощь от нас». При этом о. Иоанн положил в кружку и свою лепту пожертвования.

По окончании Божественной Литургии народ желал принять от о. Иоанна Божие благословение, но за краткостью времени, какое о. Иоанн предполагал пробыть в Туле, преподать благословение каждому из желавших не представлялось никакой возможности, тем более что вне храма ожидали еще большие толпы народа, едва-едва сдерживаемые полицией. С трудом о. Иоанну пришлось пробираться к ожидавшей его карете, чтобы ехать в архиерейский дом, куда, следом за ним, хлынула и народная толпа.
Мы не станем подробно описывать пребывание о. Иоанна в Туле, так как и приезд его в Тулу, и встреча, и пребывание в Туле, и отъезд были такими же, как и везде, куда только является о. Иоанн. Все это не раз было описываемо на страницах и духовной и светской периодической печати.
Вместе с Его Преосвященством и в сопровождении некоторых других лиц о. Иоанн посетил затем Тульский женский монастырь, болящего протоиерея Сергея Дарского (о выздоровлении которого совершил свое особое моление), Тульскую Духовную семинарию, Духовное училище, Епархиальное женское училище, Начальника губернии, некоторые частные дома.

Несмотря на свои, если не ошибаемся, семьдесят лет, о. Иоанн кажется все еще бодрым, крепким и подвижным. Походка у него быстрая и твердая; голос – громкий, хотя, при напряжении, кажется несколько надорванным; волосы на голове – темно-русые, лишь слегка поредевшие, на бороде – с заметною проседью; лицо вдумчиво серьезное, с некоторым как бы грустным оттенком; изредка такое выражение лица смягчается тихою улыбкою.
Всюду, куда ни являлся о. Иоанн, молва предупреждала его приезд, и словно из земли вырастали толпы народа, жаждущего видеть «дорогого батюшку» и «принять от него благословение», а также попросить молитв о скорбях и немощах своих или присных лиц.

Сравнительно продолжительнее прочих было пребывание о.Иоанна в семинарии. Здесь он с Владыкою прошел в церковь, преподал Божие благословение собравшимся в оную лицам семинарской корпорации и тем немногим воспитанникам семинарии, какие были на лицо (ибо учебный год в семинарии имел наступить лишь через несколько дней, и съезд воспитанников почти не начинался). К воспитанникам семинарии о. Иоанн, подошедши возможно ближе, сказал краткое, но в высшей степени назидательное и задушевное слово. Голос говорившего звучал тихо и мягко, но явственно был слышан всеми собравшимися: «С благословения и разрешения вашего Архипастыря и начальства, друзья мои, я – здесь, у вас, первый раз в жизни моей, – говорил о. Иоанн. – Рад видеть вас и хочу сказать вам несколько слов о вас самих. Вы слышали нынешнее Евангельское чтение о господине винограда, винограде и делателях оного. Как разуметь эту притчу? Господин винограда – это Господь наш Иисус Христос и поставленный Им для управления паствою здешний Архипастырь; делатели – ваши преподаватели и воспитатели; виноград – это вы. От вас мы ожидаем добрых и обильных в будущем плодов для Церкви, Царя и Отечества. От вас самих и от того, как вы будете учиться и воспитываться здесь, зависит то, что вы явитесь впоследствии достойными служителями святой Православной Церкви, чтобы служение ваше было неленностным, искренним, сердечным, благоплодным. Будьте же усердны в ваших занятиях, внимательны, послушны к начальству своему, кротки, благонравны. Нет в мире более высокого служения, чем звание священства, к которому вы приготовляетесь. Быть может, некоторые из воспитывающихся здесь, да и, наверное, пойдут далее, в высшие учебные заведения, дай Бог им этого! Но пусть не забывают того, чему учились и в чем воспитывались здесь. Не забывайте пастырского служения и, приняв оное, будьте достойными служителями Церкви. Напомню еще одно: виноградная лоза отличается обычно многоплодием, обилием приносимых ею плодов: и от вас Церковь и Отечество ожидает обильных и разнообразных плодов вашего обучения и воспитания здесь, в этом рассаднике духовного просвещения. Не забывайте этого, други мои»! При стройном пении «ис пола эти, деспота» и «многая лета» о.Иоанн с Владыкою отбыли из семинарии.

Отъезд о. Иоанна из Тулы предположен был в 5-м часу вечера того же 27 августа, но несколько замедлился, так как поезд несколько опоздал.
Отец Иоанн покинул Тулу после восемнадцати часового пребывания в ней. Многие и весьма многие, желавшие помолиться с ним под кровом соборного храма, принять от него Божие благословение или даже только видеть его, не могли удовлетворить таких своих желаний, за избытком других желавших такого же, и лишь утешали себя и радовались, что другие, близкие им люди, родственники, знакомые удостоились того, радовались и тому, что «батюшка» о. Иоанн посетил Тулу и молился в ней о жителях ее.
Пребывание отца Иоанна Кронштадтского в Алексинском уезде было связано с семьей Верховцевых. Вера Тимофеевна Верховцева была духовной дочерью о. Иоанна Кронштадтского. В свое время отец Иоанн вывел Веру Тимофеевну из духовного кризиса, помог разрешить все терзания и сомнения. Для всей ее семьи отец Иоанн стал самым близким и дорогим человеком. Незадолго до смерти ее мужа Александра Аполлоновича Верховцева, в 1900 году, по указанию Иоанна Кронштадтского, Вера Тимофеевна покупает имение Панское в Алексинском уезде Тульской губернии. Отец Иоанн исполнил свое обещание и приехал освятить имение. Приезд отца Иоанна был огромным событием для Тульской губернии, не говоря уже об Алексинском уезде.

В имении был красивый храм в честь Казанской иконы Божией Матери, в котором батюшка служил Божественную Литургию. Сила благодати, таинственно почивающая на отце Иоанне, его проницательность потрясали людей и способствовали их духовному изменению.
Отец Иоанн Кронштадтский поражал всех своей про зорливостью. Так, в имении, благословляя народ, он резко оттолкнул женщину и ее сына и не благо словил пастуха — и впоследствии обнаружилось, что эта женщина и вся ее семья занималась поджогами, а пастух и сам потом всенародно покаялся, поняв, за что был лишен благословения. Добрая душа Веры Тимофеевны помнила и о тульском священнике отце Сергии, который был поистине воскрешен Иоанном Кронштадтским. Она упросила о. Иоанна посетить больного батюшку, что и было сделано им вместе с Тульским Архиереем. Вера Тимофеевна тонким чувствительным своим сердцем ощущала, как тяжело было батюшке, обреченному никогда не иметь и часа отдыха и покоя. Она сделала все, чтобы дать ему хотя бы немного физического отдыха. Некоторые вещи, которыми пользовался о. Иоанн Кронштадтский, бережно хранились в семье Верховцевых. Совсем недавно часть одеяльца, которым укрывался о.Иоанн Кронштадтский во время своего отдыха в Панском, была передана в Свято-Успенский храм города Алексина.

В 1906 году, по сообщению Тульских Епархиальных ведомостей, о. Иоанн Кронштадтский передал в дар церкви села Панское Алексинского уезда полное священническое и дьяконское облачение, стоимостью в 200 рублей. Псаломщик Кавалер-гарского полка Александр Рождественский пожертвовал на тот же храм полное священническое облачение, стоимостью в 100 рублей. Дворянка Вера Верховцева приобрела для Казанской церкви медный, посеребренный, семисвечник, такое же кадило, напрестольное Евангелие, шерстяной подризник общей стоимостью в 104 рубля.
Окончательно семья Верховцевых покидает любимое свое имение Панское в 1916 году.

Источник: алексинсобор.рф