Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Настал в жизни Святой Соборной Апостольской Вселенской Христовой Церкви день светлого и всерадостного торжества, и по всему лицу Земли множество православных христиан собирается под своды больших и малых христианских храмов и обступает изображение гроба Преблагословенной Матери Спасителя и Господа нашего Иисуса Христа. В молитвенном проникновении в тайну этого гроба христианин получает дивное откровение о Божественном смотрении о каждом человеке, о всем человеческом роде, о всем мироздании и о всем историческом процессе, который Бог прежде сложения мира по Божественному Своему предведению предназначил для всего Им задуманного и благостью Его осуществленного многообразия созданносуществующего бытия.

Для людей внешних для Церкви непонятно: как это можно вокруг человеческого гроба, вокруг смерти, поражающей самую суть как человеческой жизни, так и всех иных жизненных форм, посягающей на радость бытия, как можно составлять какое-то торжество и праздничное событие?

Какие же вопросы слышатся у этого гроба в церковном собрании? Один из них – вопрос, прозвучавший из уст внезапно оказавшихся собранными у смертного одра Богоматери двенадцати апостолов: как и почему мы оказались здесь?

Как помните, по молитве Преблагословенной Божией Матери, Господним повелением, как в ветхозаветные времена к пророку Даниилу ангелами был мгновенно перенесен раб Божий Аввакум (Дан. 14, 33-39), так же ангелами принесены были и двенадцать апостолов из разных мест земного шара, где они тогда несли свое евангельское служение в проповеди о Христе Распятом и Воскресшем. И вот все они во мгновение ока оказываются перед лицом друг друга в очень дорогой для них и знакомой обстановке – в Сионской горнице Иерусалима, где они впервые приобщились из рук Учителя и Господа своего святейшей Евхаристии – Его Тела и Крови. Тут же узнали они это место, но каждый внутри самого себя спрашивал: как это так, что я теперь здесь? И когда увидели других, с которыми давно расстались, уйдя из Иерусалима согласно жребию во все стороны вселенной, поняли, что благодать Господня собрала их вместе, и сразу другой вопрос: для чего? И увидели Пречистую Матерь Спасителя и Господа своего, сияющую неизреченной богоподобной красотой и благостью, лежащую на смертном одре и держащую в своих руках ветвь благоуханную, которую Ей из райского сада, по Божию повелению, в ответ на Ее молитву принес архангел Гавриил, возвестив, что через три дня Она перейдет из бытия во времени и пространстве в другое измерение существования – туда, где первообразное бывает, где времени нет, но пребывает животворящая радостоносная полнота Божественной вечности, сияние пребожественной славы Живоначальной Троицы, Бога, Который есть любовь (1 Ин. 4, 8).

Но, прежде чем ощутить это всей полнотой действий Своего духа, Богоматерь молила Сына Своего, чтобы позволено Ей было дать последнее земное целование апостолам, а через апостолов – всем их верным и единодушным ученикам и последователям, всему исполнению церковному, значит и нам с вами. И законов Творец, заповедовавший нам для нашего земного и вечного благополучия чтить отца и матерь свою (Исх. 20, 12), Сам исполняет Свой закон и дает возможность осуществления этой просьбы Преблагословенной Приснодевы — Матери Своей.

Когда апостолы все это поняли, то первый вопрос, который у них возник, как свидетельствует Предание, хранимое в богослужебных песнопениях, был: «Рождеством твоим, Дево, грозное смерти устремление остановившая, како ныне нашествию смерти уступаеши?». По наследству от апостолов и мы, преемственно стремящиеся быть учениками их учеников, задаемся тем же самым вопросом пред образом этого удивительного гроба.

Мы помним, благодаря хранимой в Церкви Христовой литургической традиции, как был дан ответ на этот вопрос. Апостолы поняли, почему и как они оказались у смертного ложа Богоматери и какое потрясение им предстоит пережить на этих похоронах. Но они не ожидали и представить не могли того, чему участниками, свидетелями и затем проповедниками оказались.

Память их сразу воскресила в этой Сионской горнице Образ Того, Кого пламенной сердечной любовью и преданностью запечатлели они на скрижалях сердца своего, с Которым в живой благодарной памяти сердец в глубинах духа своего никогда они не расставались: как Он был схвачен в Гефсиманском саду, умер страшной смертью на Кресте, как был бездыханным Телом Своим снят со Креста, погребен, воскрес и потом пришел к ним, в этой же горнице, страха ради иудейского за жизнь свою переживавшими при затворенных дверях, и дал им возможность видеть и слышать, и прикасаться к Нему.  (Ин. 20, 25-29). И еще сорок дней являлся им, научая их воспринимать тайны Царствия Небесного (Деян. 1, 3), а потом стал недоступен чувственному их восприятию в день Вознесения Своего (Лк. 24, 51). Они Его уже не видели телесными очами и думали, что в этом мире счастье лицезрения Господа им недоступно.

И вдруг, еще внимая благоговейно тихой прощальной речи Пренепорочной Приснодевы Богородицы, видят своего Учителя так, как они видели Его в течение сорока дней после Его Воскресения, Он пришел и доступен их осязанию и чувственному восприятию! Но теперь они видят Его особым образом – так, как мы зрим на иконах Успения Пресвятой Богородицы. Он держит на Своих руках душу Своей Пречистой Матери, стоя перед Ее бездыханным телом.

Мы с вами даже в этом храме имеем возможность видеть два различных иконографических выражения неразрывной реальности неразрывного и неуничтожимого взаимопроникновенного во взаимодействии единства Богоматеринства и Боговоплощения, каждое по-своему выражающее грани Божественного Домостроительства спасения мира. То, что нам более знакомо и обычно в нашей повседневной церковной жизни, мы видим в изображении Иерусалимского образа Пресвятой Богородицы – семейство единомышленников, которое все сосредоточено вокруг единства Матери и Ее Дитя. Она держит на Своих руках Христа как Младенца, и Он принимает через Нее начатки жизни в человеческом естестве, едином и общем со всеми нами, чем положено твердое непоколебимое основание Церкви, к которой органически прививаются, подобно ветвям к Лозе истинной (Ин. 15, 1), боголюбивые и христоподобные люди – апостолы и их ученики всех времен и народов.

Но есть и изображение той же реальности,  где не Приснодева Богородица держит на Своих руках Богомладенца — Господа вселенной, а Господь Иисус Христос держит душу Матери Своей на Своей груди, находясь, в том же самом собрании Своих учеников, которые с Богоматерью, бездыханно лежащей, составляют единонравное и единодушное органически соединенное собрание — святую Церковь. И здесь открывается изначальный Божий замысел, чтобы весь этот мир, во всем своем многообразии существующий потому, что в Боге предвечно есть замысел, идеи как всего общего миробытия в целом, так и каждого участника его отдельно, сосредоточенные в Боге-Слове, Единородном Сыне Божием, ибо по свидетельству Иоанна Богослова, «без Него ничто не начало быть, что начало быть» (Ин. 1, 3), а «когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего Единородного, Который родился от жены, подчинился закону…» (Гал. 4, 4).

Перефразируя первоверховного апостола, вселенский учитель святой Василий Великий говорит о Христе как об изначальной Печати, показующей в Себе Отца – истинном образе Отчей Ипостаси (Ев. 1, 3).

И мы можем понять, почему Господь в зачатии и рождении Своем по человечеству не нарушил печати девства Богоматери. Почему из скалы, где был Его гроб, Он беспрепятственно вышел, прежде чем ангел отвалил камень от входа в опустевшую пещеру (Мф. 28, 2), а Богоматерь и Мария Магдалина должны были увидеть не Христа, оттуда вышедшего, но лишь Ангела, пригласившего их посмотреть внутрь пустой гробной пещеры (Мф. 28, 6). И если Магдалина не смогла этого сразу понять, то Богоматерь поняла моментально, Она опытно испытала беспрепятственное вездеприсутствие Бога-Слова, богообразно действующего в Им созданном материальном мире, в зачатии и в рождении Его от Нее не нарушившего печати Ее девства, но запечатлевшего их красотой и крепостью Приснодевства и Богоматеринства. Она поняла, что Он беспрепятственно прошел Своим телом сквозь толщу скалы гробной пещеры, оставив ее пустой с лежащими плащаницей и особо сложенным головным покрывалом (Ин. 20, 6 – 7).

Когда они пошли возвестить об этом, то услышали от учеников: вам пригрезилось (Лк. 24, 11). И Богородица поняла, что им еще рано воспринять всю глубину случившегося – никто не видит пламени богосообразности всего миробытия и воскресной светозарности его в единосущии Ее Сына Христа со всем миробытием по человечеству.

И нам сегодня открывается, почему мы составляем празднование, да еще какое?! – Мы называем его «Пасхой» Богородицы – вершиной проникновения в пути Божьего Промысла. Божия Матерь получила это откровение по своей молитве, любвеобильно желая преподать благословение всему исполнению церковному, чтобы передать нам уникальный и неповторимый опыт, который Она пережила.

Поэтому, за всяким богослужением несколько раз слышим мы многократный призыв заключительного прошения ектений: «Пресвятую, Пречистую, Преблагословенную, Славную Владычицу нашу Богородицу и Приснодеву Марию, со всеми святыми помянувше, сами себя и друг друга, и весь живот наш с жизнью нашею Христу Богу предадим». Для чего мы сюда пришли?  Воспринять открывшееся нам христианство. Христос для нас является дверью (Ин. 10, 9), вводящей органически соединенных с Ним христиан в славу Божественной жизни, в которой Пренепорочная Владычица есть Небесная лестница (Быт. 28, 12), по которой к нам сошел Бог и по которой мы восходим от земли на Небо, и вокруг этого мы и составляем наше торжество.

И Божией Матери, сияющей боголепием, эта богоподобная сила дарствуется дыханием Святого Духа, потому что полнота Ее любви ко Христу такая, что затмевает возможность и Престолов, и Херувимов, и Серафимов, и Властей, и небесных Начал, и Архангелов, и Ангелов, и всей их совокупности. Она Честнейшая Херувимов и Славнейшая без сравнения Серафимов сияет славой боголепной так, что в меру Своей предельной христоподобности богоподобными сияет чудесами, и Ее гроб, также, как и гроб Ее Сына, становится источником жизни. И мы все в свое, назначенное нам всеблагим Господом время, пройдем как Она, дочь падшего Адама первозданного, смертным путем сна всей земли.  И мы – христиане, исполнением евангельских заповедей,  Ей соревнуя в любви к Ее Сыну, ощутим смерть как успение, как предваряющий всеобщее воскресение сон всей земли, принимающий уснувших в свою власть, но не могущий удержать их навсегда. Судить об этом мы можем, основываясь на том, что мы читаем в священном Писании в словах апостола Павла в его послании к Коринфянам: «Не все мы умрем, но все изменимся, вдруг, во мгновение ока, при последней трубе; ибо вострубит, и мертвые воскреснут нетленными, а мы изменимся» (1Кор. 15, 51-52), «и так всегда с Господом будем» (1 Сол. 4, 17).

Богоматерь могла бы также сразу преобразиться, явить во всей полноте исполнение обетования Божия, но ради нас Она разделяет до конца историческую судьбу всех потомков ветхого Адама. Та, что разделяла с Сыном Своим на Голгофе у Креста Его нашествие смерти в абсолютной Ее противоестественности для богозданного человеческого естества, и в смертный час Свой проходит путем, общим для всякой человеческой личности: разлучение во времени и пространстве души от тела, не причастна будучи личного греха и его следствий: смерти духовной и душевной и сияя чистотой Пренепорочности телесной, Она со смирением как Дочь Адама первого принимает смерть, которая встречая не только богоподобное человечество в личности Приснодевы, но и полноту Божественных энергий Пресвятой Троицы, в Богородице обитающей как в Своем жилище (Ин. 14, 23), преображается, как и в Сыне Богоматери – Втором Адаме, в источник жизни. Чтобы мы могли, приблизившись к своей земной кончине, покаянно и сокрушенно просить и Господа, и Пречистую Матерь не покинуть нас, грехов наших ради. И чтобы у Них была возможность сообщить нам Свое жизненосное качество победы над тленностью, страстностью и смертностью.

Вот вокруг какого гроба сегодня ликует полнота Святой Соборной Вселенской и Апостольской Христовой Церкви! Но пусть в нас не сведется это ликование только к тому, чтобы выстоять долгое богослужение, прослушать, как звучат песнопения. Пусть оно завершится нашей пламенной жаждой соединиться со Христом и Богородицей причастием Святых Христовых Тайн в единотелесность и единокровность с Ними. Чтобы, Пресвятую, Пречистую, Преблагословенную, Славную Госпожу и Владычицу нашу Богородицу и Приснодеву Марию со всеми святыми помянувше, самих себя, друг друга и всю нашу жизнь Христу Богу вручить, Тому без остатка ее отдать, из Кого она исходит и дарствуется нам как книга жизни, возратить ее, благодарственно творчески обогатив в доброхотно достигнутом сходстве со Христом Тому, Кто держит душу Матери Своей, как и всякую человеческую душу в Себе, на Своих руках – Подвигоположнику, Спасителю нашему Господу Иисусу Христу, для нас распявшемуся и воскресшему. Чтобы, как в Адаме мы все умираем, в Нем мы все не только потенциально, но и актуально в силу нашей верности Христу воскресли для блаженной жизни вечной. Ибо, по Писанию, этому тленному надлежит облечься в нетление, и этому смертному облечься в бессмертие (1 Кор. 15, 53) – во Славу Божию и на радость боголюбивым людям. Аминь.