Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Днесь является исполнение обетования, которое получили прародители сразу после своего падения в раю, прежде того, как Господь обнаружил пред ними всю глубину падения и невозможность их дальнейшего пребывания в том единстве взаимодействия по естественному сходству с Ним, которое до того было им обычно, сказав о том, что придет время и Семя жены сотрет главу змия (Быт. 3, 15). Только с приходом Семени жены – Спаса Емману́ила (Ис. 7, 14), утраченное доброхотно по подсказке отца лжи диавола (Ин. 8, 44) единство нравственного общения с Триединым Создателем, всякого человека, сознательно и доброхотно стремящегося к органическому спасительному соединению с обещанным Спасителем, вновь приводит к Нему (Ин. 10, 9).

Для того, чтобы это общение из внешнего, потенциально сообразно опрозрачненного, каким оно было в раю до грехопадения, могло бы преобразиться во взаимопроникновение внутреннее, так, чтобы две различные природы: несозданная — Божественная и сотворенная — человеческая, сущностно не имеющие между собой ничего общего, имели бы возможность жить в неразлучном, но и неслиянном ипостасном единстве взаимопроникновения и обмена свойств, в предвечном Божием совете о мироздании было предопределено, чтобы в неделимой целостности Одной из несозданных Божественных Ипостасей, в нерушимое единство Личности Единородного Божия Сына, была воспринята к Его изначально природному Божеству сотворенная человеческая природа и через это воипостазирование исторически возглавлено Им как все человечество, так и все мироздание.

Тогда единое и общее всем людям, потомкам ветхого Адама, человеческое естество сможет получить в Агнце Божием, закланном прежде создания мира (Откр. 13, 8), силу непадательного богоподобного существования в верности нравственного служения их Богу, как Источнику присноблагобытия.  Чтобы это смотрение Божие стало бы фактом в истории, потребовалось долгое время, в которое Божественный Промысл, Божественная забота попечительного Отца и Воспитателя в динамическом движении личностных человеческих падений и восстаний в самовластном осуществлении верности или неверности Богу привел бы, наконец, к явлению такой человеческой личности, свобода выбора которой самовластно доброхотно определилась по  отношению к Богу в совершенной опрозрачнености искреннего доверия, послушливой верности и самозабвенной жертвенной любви. Для этого потребовались пять тысяч пятьсот восемь лет по библейскому, а не астрономическому исчислению, когда из поколения в поколение друг другу преемственно один благочестивый человек сменял другого, каждый существуя пред  Лицем Божиим уникальным  личностным образом, но по разному обладая не только индивидуальным своим телесным организмом, а через него и всем космосом, в зависимости от того, каким отношением он откликался на волю Божию, как понимал и чувствовал, что один и тот же мир, одна и та же сотворенная Богом Вселенная, по дару Божией благости принадлежащая и всем людям, и каждому конкретному человеку, в нем живет и действует  своеобразно.

Один живет, всю жизнь ликуя и торжествуя, сам радуясь и других веселя. А другой живет рядом на той же улице, но сам мучается и всех соседей донимает. Потому что сколько голов, столько же и умов и у всех разное отношение к воле Божией. И Господь, как селекционер, взирая на эту разность, терпеливо избирает тех, которые в своей жизни свободно выбирают верность Ему, и полагают ее в основание своей жизнедеятельности. Причем через  такой сознательный предпочтительный выбор верности Богу, человек не лишается многообразных горестных испытаний, как апостол Павел свидетельствует о ветхозаветных праведниках – Божиих друзьях, что они «были побиваемы камнями, перепиливаемы, подвергаемы пытке, умирали от меча, скитались в ми́лотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления» (Евр. 11, 37). И они не получали избавления от боли, но в долготерпении, внутри себя обретали еще бо́льшую глубину надежды на свое воскресение и верными пребывали слову Господню до последнего вздоха. Вот эта верность воле Божией, преемственно в предшествующих поколениях родственников утвердившаяся в устойчивый навык благочестия и наследственно передаваемая, были так предельно ясно выражены жизненным примером в Преблагословенной Деве – Богородице Марии (Лк. 1, 38).

Ведь Бог, будучи Сам абсолютной свободой, сотворил человека по образу и подобию Своему (Быт. 1, 26), и бережно уважает дар свободы, который вложил в каждого из нас. Сам, будучи Любовью (Ин. 4, 16), то есть общением Трех собезначальных единосущных самосознающих неслиянных Инаковостей и инаковостью в общении, в глубину этого Триединого общения призывает войти и нас по закону межличностного взаимодействия по сходству (Пс. 17, 26). При этом любовь не может насиловать. Она ждет, терпеливо убеждая в высоте и красоте своих действований. И когда кто на нее откликается, по подобию в действиях своих, то наполняет таковых неизреченной радостью и счастьем изнутри (Лк 17, 21). Не бывает никого более счастливого, радостного и радостотворящего по отношению ко всем и всему.

Господь и выбирает от одного человека к другому, и утверждает доброхотно создаваемую в соработничестве с Ним по сходству действования добрую доминанту в прочный навык послушания всеблагой воле Своей, покуда тот исторически не вырастает до совершенной верности праведных Иоакима и Анны, и затем до абсолютной преданности Богу Марии Приснодевы. И только тогда посылает Человеколюбец Господь служителя Своего с вестью о радостном принятии Им ответной человеческой любви, верности и послушания Ему (Лк. 1, 38). Так, Один из Трех Несозданных Божественных Ипостасей – Единородный Отчий Сын, не переставая быть Тем, Кем Он есть, собезначальным, единосущным Отцу и Святому Духу Богом-Словом, стал еще и человеком. Поэтому мы сегодня и слышали долгий поименный перечень человеческих личностей от Авраама до Иосифа Обручника, которому иудейским священноначалием была поручена Пренепорочная Дева Мария, от которой и родился Господь Иисус Христос (Мф. 1, 18).

Всякий человек в своем существовании есть для себя дар кого-то, он себе подарен любовью и свободой своих родителей, те в свою очередь своими родителями, и так доходит до первозданного Богом Адама, из которого, как из зерна растение, является все древо человечества и каждый лист его кроны. И человек богосообразно (Быт. 1, 27) существует как личностная инаковость во многомиллиардности самосознающих ипостасей в единстве и общности человеческого естества. Поэтому и говорим: Авраам родил Исаака (Мф. 1, 2), и встает перед нами вопрос: Кто же рождается от Девы Марии, если отца по человеческой линии у Него нет (Лк. 1, 35), если Его самосознающая личностная инаковость имеет Своим основанием Отца Небесного, Отчую несозданную Божественную Ипостась, предвечно бесстрастно рождающую из Своей пресущественной сущности Свой Образ (Евр. 1, 3) — Единородного Бога-Слова? Именно Он, Отчее Слово (Ин. 1, 1) и вечный Отчий Образ (Кол. 1, 15), от начала Сущий (Ин. 8, 25), как вечное сияние вечного Света, для нашего спасения во времени рождается по человечеству от Адама, но не как все мы приходим в этот мир через отца и мать, зачинаясь в беззаконии и рождаясь во грехах (Пс. 50, 7), а от Пренепорочной Девы Марии, истинной дочери покаявшегося в своем падении Адама, рожденной праведными Иоакимом и Анной как плод их целомудренного супружества, усердной молитвы и боголюбивого благочестия.

С Ее целомудренного согласия Единородный Божий Сын принимает в Себя от Нее во всей полноте человеческую природу, с присущей ей способностью мыслить, желать, чувствовать, действовать и воспринимать во властное обладание весь космос, как продолжение своей телесности. И в Себе Самом Бог-Слово соединяет два сущностно кардинально разные естества в неразрывную целостность Своей Ипостаси, и от рождения до самой смерти, воскресения и вознесения в одесную Бога Отца сидение являет абсолютную норму человечности – первого Человека Совершенного.  И в каждом из нас нераздельно соединены две разные сущности: разумная, мысленная, невидимая, духовная, каково наше сознание, наш ум, рождающий непрестанно мысли, и сущность душевно-телесная, видимая, плотская с ее эмоциями, желаниями, чувствами и физическим метаболизмом, которые при множестве функций не раздробляют целостного единства нашего «я». В силу личностного способа бытия человеческого естества, как и каждый из нас, Бог-Слово принимает в Себя человеческую сущность во всей ее полноте, но в отличие от нас, сообщает всей множественности природных человеческих свойств полноту Своих Божественных сил, так что состояния Его Божественной природы становятся собственными для Его человеческой природы, а человеческие собственными Божественной природе.

И только в уникальности Христова Богочеловечества, в Котором «обитает вся полнота Божества телесно» (Кол. 2, 9), неслитно, неизменно, нераздельно, неразлучно соединены обе природы, для единосущных с Ним по человечеству людей открывается дверь (Ин. 10, 9), новая возможность (2 Кор. 5, 17), по доброхотному сходству с Ним в межличностном общении обрести органическое единство с Ним (Ин. 17, 21). Божий Сын, как живое Отражение, как равнообразная Печать, показывающая нам Отца (Кол. 1, 15), являет нам какова Любовь Божественная (1Ин. 4, 9). Эта бескорыстная, жертвенная, животворящая любовь приносит полноту туда, куда мы внесли недостаток и ущербность с их следствиями: болезненностью, тленностью и в пределе смертностью. Христос Господь, единонравно с Отцом и Святым Духом не хочет смерти грешников, но желая их спасения (Иез. 33, 11), принимает весь возникший в результате нашего грехотворчества недостаток, восполняя его не просто одним Своим всемогуществом, а помогая нам и нами искаженному богозданному человеческому естеству впервые в истории в Нем Самом естествнно доброхотно подняться до уровня богоподобной полноты. Он добровольно принимает все возникшие от нашего грехолюбия лишения и страдания, и без всякого упрека нам, молится Отцу Небесному: прости им, потому что они не понимают, а не понимая, у них сердце не откликается на истинное добро, от чего они не ведают, что творят. Прости им (Лк. 23, 34)!

При этом единая и общая у нас с Ним человеческая природа впервые в Нем через совершенное послушание воле Бога Отца до крестной смерти (Фил. 2, 8) достигает состояния богоподобной непадательности. Так, являя жертвенную и жизненосную любовь Триединого Божества, приходит Всемогущий, Неограниченный ни местом, ни пространством, вселяется в ограниченность лона материнского, рождается в убогой пещере, куда по указанию Ангела приходят Вифлеемские пастухи (Лк. 2, 15-16) и по указанию явившейся необычайной звезды, мудрые звездочеты, волхвы с востока (Мф. 2, 1 – 2), которые несут Ему дары, потому что им наука открыла, звезды показали, что родился Человеком Тот, Кем все живет и движется, и существует (Деян. 17, 28). Ему нужно принести благодарность и воздать почести, не как человеческому царю, а как Царю царствующих и Господу господствующих. И они видят на руках юной Матери маленькое человеческое тельце, а подходят и поклоняются Ему, как Тому, Кто управляет всей вселенной!  Они способны по любви к истине видеть невидимое, что видят истинно ученые мужи, а мы в чувственной ограниченности кожаных риз (Быт. 3. 21) падшего естества не можем видеть! Они видят и в материальной структуре мироздания ее световую, квантовую суть, энергию. Так видели и персидские звездочеты, ученые того времени, и принесли Ему дары, и как Богу, и как совершенному Человеку! И Богомладенец принимает их царственно, лежа в скотских яслях, на сене, в которое кладут пастухи новорожденных ягнят. Лежит тут, как на Херувимском престоле, а Божественной славой вседержавно управляя всей вселенной. Это они смогли видеть духовными своими очами, светом любомудрого своего разума.

Дай Бог и нам увидеть тоже самое. Ведь мы сегодня опытно находимся в том же самом откровении Истины. И к нам, христианам XXI века, в жизни Святой Церкви приходит Человеколюбец Бог для того, чтобы дать нам благодатную силу, чтобы мы почувствовали Его действия и доверялись бы Ему, и в этом доверии еще больше давали бы пространства в себе для Его в нас присутствия и действования, и осуществляли доброхотное взаимопроникновение, обогащение своих свойств свойствами Божественными, и начали бы чувствовать, что и Он хочет через каждого из нас обогатиться чувствованием человеческим, как говорит преподобный Максим Исповедник, что Христос, воплотившись от Своей Матери для спасения первозданного Адама и всего его потомства, также хочет воплотиться и в каждом из нас, только не образом воипостозирования, как Он в Нее вселился в Боговоплощении при благовещении, а образом нравственного воплощения в межличностном общении по доброхотному сходству в добродетелях, ибо всякий, кто сознательно и доброхотно творит волю Отца Небесного, для Христа становится и матерью, и братом, и сестрой (Лк. 12, 50), членом Его тела Церкви, которой глава – Он (Еф. 1, 22-23) В человеке, творящем с желанием волю Отца Небесного, действие Христово, сочетаясь с его действиями, ему усваивается как его собственное.

И тогда свидетельствует человек о себе: «Живу к тому не я, но живет во мне Христос» (Гал. 2, 20). Этот дар обновления человека, как и свершившееся обновление этого поруганного прежде храма, постепенно происходит в каждом из нас, когда мы во всей полноте жизнедеятельности начинаем совпадать со Христом, как образ со своим Первообразом и в Нем получаем достоинство детей Божиих (Ин. 1, 12; 1 Ин. 3, 1). Это и есть то, вокруг чего составляем мы праздник Рождества Христова. Не просто потому, что мы удивляемся великой благости Божией, что Царь царствующих пришел в нашу жизнь простым человеком. Любовь не знает даже тени насилия, она нисходит даже до нашей смерти, принимая ее, преобразует ее, даруя нам Воскресение! Одаряя наше единое и общее человеческое естество в Себе Самом этими изумительными дарами, Господь Иисус говорит нам: «Если хочешь идти за Мною, отвергнись себя, возьми свой крест и иди вслед за Мной» (Мф. 16, 24). Он для нас — Дверь к Отцу (Ин. 10, 9), Путь, Истина и Жизнь (Ин. 14, 6), чтобы мы все стали общниками, причастниками Божественной природы (2Пет. 1, 4), чтобы в каждом из нас существовало не только действие наших тварных человеческих сил и способностей, но и Божественные силы, и благодатные христоподобные способности.

Этой благодати и будем просить сегодня в оставшиеся несколько десятков минут предлежащей нам Божественной Литургии, чтобы каждым из нас дар благодати Святой Живоначальной Троицы был бы принят и удержан подобно как это сделали Вифлеемские пастушки и персидские волхвы, как это сделали  затем апостолы и все святые. В чем да поможет нам Господь, молитвами Пречистой Своей Матери и всех святых! Аминь.