Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Благословенная ночь Святого Рождества по плоти Спасителя и Господа нашего Иисуса Христа явила в потоке времени Господа, открывающего Своим постоянным творческим и промыслительным действием богоданную сущность всего многообразия созданного Им мира.

Время всегда изменяется и движется, получая начало движению не из самого себя, а из безграничной Божией любви, всеблагого творческого действия Трех собезначальных несозданных, неслитных, нераздельных, единосущных Божественных Лиц, вызвавших всеблагой волей и могуществом Своим к бытию все многообразие космоса, чтобы в своем движении взаимодействия с Создателем вернуться ему к Богу, как к конечной цели уже на новом уровне соучастия в межличностном общении с Живоначальной Троицей через многоипостасное богосообразное человечество, природно являющегося неотъемлемым от всего космического универсума и при этом конкретезированным в миллиардах личностных инаковостях, ни к кому, и ни к чему не сводимых самосознающих разумно-волевых центрах, не могущих быть частью целого, но властно в нерушимой целостности своей уникально обладающих богозданно существующим миром для разумного опознания своего соучастия в благости славы Божией через достижение доброхотного сходства в межличностном общении содействования Триединому Богу во взаимном обмене свойств по его закону (Пс. 17, 26).

Долгие тысячелетия смены эпох раскрывают нашей познавательной способности, ищущей истину, что в Мирородном Уме Бога всегда существует, как неизменная данность Божественного всеведения, Ему Одному ведомая неизме́римая плодотворность Божественной сущности — потенциальная идея иноприродного Богу, доброхотно сотворенного Им из абсолютного ничто (2 Мак. 7, 28) невидимого и видимого мира. Будучи изобретателем и Творцом всех форм и качеств этой несамобытной, во всем обусловленной и зависимой от благости своего Творца и Промыслителя реальности, Господь поставил в её центре человека, вмещающего в своем естестве, как в фокусе, все многообразие форм материального мира, а так же и мысленное, равноангельное начало –  личностный, самосознающий, самовластно движимый ум, способный творчески-волево откликаться на личностный призыв Создателя к взаимоотношению с Триипостасным Божественным Творцом и Заботливым Попечителем, так что в каждом человеке вся вселенная уникально себя проявляет и действенно выражает. А конкретный человек единственно неповторимым образом обладает всем этим Божественным даром как своим собственным достоянием, и может уникально творчески окачествовав полученный от Бога дар бытия, одаривать им и Божественного Дародателя, и других людей, и всю богозданную вселенную.

Но характер этого творческого обладания у людей, как несамобытных, а созданных самосознающих инаковостей, не такой, как у Бога. В отличие от безначальной, самобытной неизменности Божественной полноты, тварная реальность, получая начало существования импульсом воли Творца, Им же и ограничена, и обусловлена, а естеством текуча, изменяющаяся, переходящая из одной формы в другую, так что в состоянии падшести человеческое естество раздроблено, дискретно, индивидуализировано. Но при этом неутратно обладаемое самосознающими, тоже богозданными личностными инаковостями каждого конкретного человека, оно есть богоданное, неразрушимо целостное начало, конститутивно структурирующие изнутри конкретного человека, властно действующего в его природных разуме, чувствах и теле, опознавающего себя длящимся эхом голоса Создателя Своего Бога, подобно тени, указывающей на наличие своего Первообраза, и благого животворящего и жизнеутверждающего Личностного Разума, влекущего к познанию истины и взаимодействию с ней.

Наш богозданный, по слову апостола Петра сокровенный сердца человек (1 Петр. 3, 4), а по апостолу Павлу наш внутренний человек (2 Кор. 4, 16), непрестанно находится в поиске достижения Блага, то есть добра, которое в настоящем состоянии нашей падшести (Пс. 50, 7) мы знаем как поиск счастья, выражающегося для ума в поиске истины, как конечной и предельной цели всего, которая могла бы объяснить смысл сущего и дать разуму свет, ведущий за собой движение наших желаний, чувствований и функций биохимического телесного организма, достигающего блага во взаимодействии с окружающим миром по закону сохранения энергий, а во взаимодействии с иными самосознающими личностными инаковостями по закону межличностного общения: «С преподобным преподобен будеши, и с мужем неповинным неповинен будеши, и со избранным избран будеши, и со строптивым развратишися» (Пс. 17, 26-27). Добавим еще – с Богом обожешься, станешь богоподобным (2 Пет. 1, 4), что и есть абсолютное благо в собственном его смысле.

Человек, как образ Божий (Быт. 1, 26), лично предстоит пред Творцом лицом к Лицу и может как привести, если захочет, к Триединому Богу в межличностном общении по доброхотному сходству с Ним в образе действования в себе и через себя всю полноту воипостасно обладаемого им Космоса, так и по самовластно достигаемому несходству с Богом погрузить себя и содержимый собой мир в тьму богонечувствия, богозабвения, обезбоженности. Это общение с Живоначальной Троицей по закону межличностного взаимодействия позволяет человеку в результате прийти к Богу другом или недругом, верным сыном или лукавым рабом. В зависимости от того, в какую меру схожести общения с Тремя Ипостасями Божества конкретный человек придет к своему Первообразу и в себе явит пред Богом подаренного ему Благим Дародателем своего внутреннего человека, и воипостазированный им Космос, в котором человек является богопоставленным владыкой и священником.

В зависимости от самовластно осуществленного сознательного предпочтительного выбора будет разный результат. Если через любомудрие и добротолюбие человек раскроется в подобии Богу, Который есть Любовь (1 Ин. 4, 16), осуществит себя в деятельной схожести своему Небесному Отцу, то, подобное познаваясь подобным, будет деятельно, а не по сущности, подобно Первообразному, исполнится по доброхотному благожеланному усвоению полноты богоподобного сосуществования в нетварной славе Божества, не ради участия в одном из участков спектра светозарного луча нетварной славы Божества, а во всей Ее полноте, но не тождественной самой непреступной Пресущественной Божественной сущности, но не отъемлимо присущей Пребожественной Сверхсущности, нераздельной полноте многовидных нетварных Божественных действий, то есть энергий Божества, чтобы этой доброхотно усвоенной по сходству действования в межличностном общении обменом свойств полнотой славы Божества радовать все, чего бы богоносный человек не коснулся.

Если мы так будем приходить к Богу, то все, что природно есть в Нем, будет действовать по благодати и в нас не внешним образом, подобного отражению солнечного света от диска луны, а внутренне, как само солнце изливает свет и тепло из самого себя, как дети принимают от своих родителей всю полноту их жизни и достояния, если бывают единомысленны, единочувственны и единонравны своим родителям, двигаясь с ними в совершенном им подобии и достигая благобытия.

Чтобы мы могли строить свои отношения с Творцом таким образом, нам, по замыслу Создателя, нужно не просто находиться с Ним в дружественных или даже сыновних, но внешне созидаемых отношениях, а необходимо получить органическое единство жизни в Одной из несозданных Ипостасей Триединого Бога, чтобы, в каждой человеческой личности пребывала нетварная энергийная полнота, как ее собственная – не только по причастию творческому и промыслительному действиям Бога, а в силу органического соединения с Богом-Словом воплощенным (Ин. 1, 14) — Христом, ипостасно соединенным в Его боговоплощении в неразлучное существенное взаимопроникновение несозданной и сотворенной природ с обменом свойств без их слияния, в котором человеческая сущность пребывает воспринятой, как собственная во власть личности Бога-Слова — одного от Святой Троицы, почему в Нем вся полнота Божества пребывает телесно (Кол. 2, 9).

В человеке, существующем как плотоносный личностный дух, по замыслу Божиему, есть способность, отличающая его духовную природу от всех прочих форм тварных сущностей – богообразный личностный модус бытия сложного психосоматического естества, так что во власти личности, являющейся несокрушимой основой, опорой, говоря по-гречески, ипостасью, то есть подставкой для выражения и раскрытия всех душевно-телесных свойств человеческой природы, находится возможность доброхотно по сознательному предпочтительному выбору насытиться и наполниться по дару благодати тем, чем Бог является по Своей природе, свободно, доброхотно, самодвижно откликаясь лично на личный призыв Триединого Бога: «Отдай сердце твое Мне» (Притч. 23, 26), «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим» (Мф. 22, 37).

Господь не действует по отношению к Своему творению ни насилием Своего могущества, ни даже насилием благодати, а относится к нему с уважением, давая каждому человеку возможность силами разума, словесности и нравственного чувства красоты и блага избирать дружбу и любовь к Богу свободно, творчески раскрываясь в ответной взаимной любви, выражаемой в сознательном послушании, раскрывающемся в естественной природной устремленности к богоподобию, обо́жению, восходя в соработничестве с нетварной благодатью от бытия к благобытию и затем по всеобщем Воскресении и Страшном суде к присноблагобытию. Или наоборот, в богонечувствии, богозабвении, обезблагодатственности, обезбоженности, существовании в несуществующем, в том, что не создано Богом, а лишь попущенное к существованию как результат действия свободной воли падших ангелов и людей.

В Боговоплощении в Ипостасном взаимопроникновении двух принципиально различных природ во Христе открылась возможность для каждого человека через доброхотное органическое соединение с Ним (Ин. 15, 5) исполниться нетварными Божественными силами и действиями, как своими собственными свойствами. В таком взаимопроникновении и взаимоопрзрачивании, как это редко, но бывает во взаимной любви у людей, когда один человек совершенно становится прозрачен для другого и все в его жизни даруется любимому самозабвенно и без остатка, отвечающему взаимностью с таким уважением, что никогда сам дар не за́стит собой дарителя, а наоборот – высвечивает его и проявляет, давая возможность видеть его, непрестанно ликуя, не от драгоценностей даров, а от восхищения неисчерпаемой красотой щедрого дародателя, так, что невозможно его не желать, не любить и не принадлежать ему самозабвенно, ощущая, что и он также не может быть сам по себе, но взаимно самозабвенно дарит себя во всей своей полноте, обогащая собой того, кто так его любит. Подобно только совершенным образом во взаимной любви Бога и человека по благоволению Отца, самодействием Сына и содействием Святого Духа.

Этот свет разума пришел в нашу жизнь в ночь Христова Рождества, когда Единородный Бог-Слово, Который есть от Начала сущий (Ин. 8, 25), образ ипостаси Отчей (Евр. 1, 3), равнозначно читающий все предвечные замыслы Отца Своего и творческим действием Божественной воли полагающий начало их осуществления и движению их как чей-то конкретной богозданной сущности, как бытия того или иного существа во всем многообразии форм миробы́тия, а Дух Святой, по благоволению Бога-Отца, содействуя Богу-Сыну сообщает всему сотворенному силу движения от начального творческого импульса к тому, чтобы через каждого человека вернуться во Христе к Богу-Отцу в объятия Отчие доброхотно, творчески осуществившим себя в меру полного возраста Христова (Еф. 4, 13), да будет Бог всё во всем (1 Кор. 15, 28).

И Сам Бог в Лице превечного Сына воипостазирует в Себя к исконному природному Своему Божеству человеческую сущность, в силу личностного модуса ее бытия, и дает ей в Себе силу не только по участию, как это было в Раю в тварной личности Адама, по дружбе с Богом, осуществлять взаимообмен природных энергий в нравственном союзе, а существенно-воипостасно во Христе, Новом Адаме, в Котором явлен новый принцип нерушимого единства воипостасного взаимопроникновения нетварного Божества и тварной человеческой сущности — неслитное, неизменное, нераздельное и неразлучное взаимопроникновение, так что состояния и свойства одной природы становятся собственными для другой природы. В жизни Иисуса Христа мы видим, как необычайно по-новому раскрывается единая и общая всем потомкам падшего Адама человеческая сущность, будучи собственным человечеством Бога.

Видим мы в Нем и энергийно совершенно богоподобно действующим человеческое естество, и существенно обо́женное человечество, сидящее одесную Отца (Мк. 16, 19) в Ипостаси Единородного Божьего Сына: Он и зачинается в недрах Пречистой Девы бесстрастно, и, по-райски, не нарушая печати девства. По плоти рождается от Нее без болезненно, ибо в Нем вся полнота Божества с момента зачатия при Благовещении (Лк. 1, 26 – 38) пребывает телесно (Кол. 2, 9). Сущность Божественная предваряет и предидет сущности и действиям человеческим, так что духовная суть человеческой природы, скрытая в нынешней падшей действительности данными от Бога кожаными ризами (Быт. 3, 22), добровольным, естественным, постоянным последованием Христовой человеческой воли всеблагой и спасительной единой у Святой Троицы воле Божией, даже до Крестной смерти (Флп. 2, 8) и Воскресения, деятельно выявляется совершенно богоподобной.

Так, что тело Его в физической смерти не только неистленно, но и животворно и могло в мгновение ока с одного места в пространстве перейти в другое, проходя сквозь толщу дверей и стен, (Ин. 20, 19-20) не смешиваясь с ними и не разрушая их структуры, являя огнеобразное, электромагнитное квантовое движение элементарных частиц, из которых сотканы все материальные формы. И эта духовность материи – впервые во времени и пространстве показана во Христе Богочеловеке, Который как Дверь (Ин. 10, 7) из одного помещения в другое открывает нам путь из тьмы ночи тварной тленности в пространство света Божественного нетления. Свою Богочеловечность, в двух сущностях открытую и к Богу, и к человеку, Христос не замкнул на Себе, а предлагает ее нам не насилием Своего могущества и великолепием благодати, а кротостью и смирением красоты Своего самозабвенного служения нашему спасению.

Будучи Царем царствующих и Господом господствующих (1 Тим. 6, 16), Он не пришел, чтобы Ему служили, но послужить (Мф. 20, 28) людям, пребывающим в ужасе оцепенения грехолюбием и самодостаточностью, которые роют бездну смертоносного греха. Христос Господь Своей добровольной смертью за нас преобразил ее полнотой Своей бессмертной Божественной сущности: смертью смерть попрал и преобразил ее в «сон всей земли», установив в мироздании закон всеобщего Воскресения и явившись источником жизни вечной для верующих в Него, согласно свидетельству евангелиста Иоанна: «И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины, и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца, исполненного благодати и истины» (Ин. 1, 14), Первенцем из умерших (1 Кор. 15, 20-34), так что, — по слову боголюбезнейшего апостола Павла «как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут» (1 Кор. 15, 22).

Ныне Он приглашает нас прийти, размыслив, вглядевшись, вдумавшись, вчуствовашись и, разобравшись в свете разума Вифлеемской звезды в глубинах наших сердец, понять и принять, что Он пришел в Своем Богочеловечестве, в добровольном ограничении Своей пребожественной неограниченности до размеров маленького человеческого те́льца, в сокрытии Своего всемогущества, которого все трепещет, в жертвенном служении людям до омовения ног ученикам и ужаса богооставленности на кресте, через победоносное Воскресение создать Церковь Свою (Мф. 16, 18), чтобы всепобеждающей силой любви сказать: Я приглашаю вас последовать за Мной (Лк. 9, 23), «Я есть Путь и Истина, и Жизнь, никто не приходит к Отцу, как только через Меня» (Ин. 14, 6).

Но чтобы полнота этих благ явилась фактом нашего личностного бытия, отвергнемся своего грехолюбия и, взявши крест послушания воле Божией, подобно Христу, явим Богообразную красоту Своей человечности. Благоволением Бога-Отца во Христе Иисусе Духом Святым теперь мы, если пожелаем, можем войти в радость Господа своего (Мф. 25, 21), обретя в опыте жизни единотелесность и единокровность с Христом, нашим Подвигоположником, – органическое единство, какое бывает у привитой садовником к мощному корню и стволу ветви. Если она встроится в структуру жизни растения, то будет питаться соком и силой корня, а плоды приносить и развиваться будет в соответствии с принципом своей сущности, одновременно участвуя в общей жизни растения на благо себе и всего воспринявшего ее организма.

Свое Богочеловечество Христос открывает для нас, как Дверь, войдя в которую мы найдем жизнь с преизбытком (Ин. 10, 7-10) и получим внутри себя ощущение жажды исполниться светом разумения конечного Божественного замысла, воспетого хорами небожителей: «Слава в вышних Богу и на земле мир в человецех благоволение» (Лк. 2, 14). Аминь.