28 июля 2013 года в Миссионерском центре Тульской епархии прошёл круглый стол на тему «Крещение Руси. Исторические факты и мифы».

Поздравив собравшихся с юбилеем одного из важнейших событий в истории нашей страны, председатель Миссионерского отдела иерей Павел Картушин рассказал о том, какое значение имеет его празднование в современной России.

Практически всё доброе, славное, значительное в жизни нашего народа имеет своим истоком это судьбоносное событие – принятие истинной веры православной. Оно собрало разрозненные племена восточных славян в единый народ русский; устроило порядок общежитейский, гражданский, семейный. Православная вера воспитывала государей и военачальников, устроителей и защитников земли Русской, вдохновляла на ратные и трудовые подвиги; взращивала сонмы святых, соделывая их заступниками за всех нас пред Господом, подавая примеры истинно благодатного жития.

Вера есть семя духовное, которое должно приносить плоды, ибо сказано в Писании: «по плодам познаётся древо», – сказал в заключение своего выступления отец Павел, – И мы, ныне оглядываясь на 1025-летний опыт православной жизни наших предков, спросим себя: живёт ли в нашем сердце радость о Господе, приносит ли семя духовное те плоды, которые долготерпеливо ожидает от нас Бог, и о которых спросит нас, когда мы, каждый

в свой час, предстанем пред Ним?

О Крещении Руси написаны сотни книг, тысячи статей. Помимо собственно научных, среди них есть и научно-популярные, и околонаучные, и псевдонаучные, и не научные вовсе. В этой среде родилось и множится огромное количество мифов, создаваемых идеологами всех сортов, досужими фантазёрами и просто прямыми противниками христианства, в том числе и так называемыми «родноверами», неоязычниками.

Об искажении современным неоязыческим движением исторических событий, связанных с Крещением и христианизацией Руси говорил в своём докладе иерей Александр Соколов:

«Русь крестили насильно, огнём и мечом, – утверждают адепты “родной” веры, – при этом якобы погибли высокая языческая культура, дохристианская письменность, исконно славянские традиции».

На самом деле широко распространённое присловье о том, что новгородцев «Путята крестил мечом, а Добрыня огнём» — единственное и довольно зыбкое свидетельство, взятое историком XVIII века В. Н. Татищевым из Иоакимовской летописи. Судя по стилю и содержанию, это памятник не только поздний, но и сомнительного происхождения – до нас он дошёл только в «Российской истории» Татищева. Да и сама летопись отмечает, что дело касалось лишь Новгорода: «люди поносят новгородцев» за то, что только их одних крестили «огнём и мечом», стало быть, большинство приняло новую веру добровольно.

К 988 году христианство уже не было чужим для Руси, здесь действовали христианские миссии и церкви. Начиная с VIII века стали принимать святое крещение некоторые князья (Аскольд и Дир, равноапостольная княгиня Ольга), бояре, княжеские дружинники, купцы.

И культуру языческой Руси незачем ни принижать, ни идеализировать. Она была не выше и не ниже, чем дохристианская культура кельтов, германцев, финнов. О докирилловой «буквице» обстоятельно говорилось на нашем круглом столе в День Славянской письменности и культуры. Можно повторить: весьма вероятно, что она существовала, но никто её не уничтожал. Из обихода она довольно быстро и безболезненно была вытеснена более удобной, более приспособленной к изложению глубоких истин христианского вероучения кириллицей. А отдельные элементы буквицы, «черты и резы», благополучно доживали свой век в народной крестьянской культуре, использовались на счётных бирках, при создании резных календарей, а иногда и вместо подписей.

Бездоказательным и даже немного наивным является утверждение, что «язычество – это была высоконравственная религия светлых и сильных людей, поклонявшихся светлым и сильным богам, а христианство – религия слабых и убогих, религия рабов».

О кровавых языческих жертвоприношениях свидетельствует множество самых разнообразных источников: и древние летописи, и отчёты современных этнографов, календарные обряды и даже детские сказки. Один из эпизодов сказки о сестрице Алёнушке и братце Иванушке есть не что иное, как сохранившееся в народной памяти воспоминание о празднике Ивана Купалы, когда приносились жертвы: жрец резал козленка, а непорочную девушку топили в реке. Позднее вместо девушки в воду стали бросать ракитовое деревце. Чучело, которое мы до сих пор сжигаем на Масленицу, – такая же замена человеческого жертвоприношения.

Если умирал мужчина, вместе с ним хоронили и его жену (или всех жён – многожёнство у язычников было обычным явлением), причём иногда – заживо. В курганах – могилах племенных вождей, археологи находят останки рабов, убитых и захороненных вместе со своим хозяином. Неотъемлемой частью многих языческих ритуалов был разнузданный эротизм – от ритуального сквернословия до диких оргий со свальным грехом…

Такая вот нравственность «сильных и светлых» людей.

Что же касается «рабскости» и «убогости», неоязычники обычно упрекают христиан в их якобы жизнеотрицающем аскетизме, в смиренном именовании себя рабами Божиими,
в готовности «подставить врагу другую щёку» и т.п. При этом как-то забывают, что речь идёт лишь о своей «щеке», что означает: прости своего личного врага, не мсти ему и не умножай зло; однако ни в коем случае не подставляй врагу «щёку» ближнего, напротив – его защити даже ценою своей жизни («блажен тот, кто положит жизнь за други своя»).

Христианское смирение – это мир в душе, смирение не перед злом, а перед Богом, признание Его всемогущества и готовность отстаивать Его замысел о мире: и здесь «раб Божий» уже становится «воином Христовым» в битве против сил зла.

Благодаря такому сочетанию «рабства» и свободы, смирения и мужества наши православные предки объединили в великую державу шестую часть суши, отстояли её в борьбе со всевозможными захватчиками, многие из которых считались «непобедимыми». Чего не скажешь о наши более ранних предках – язычниках; взять хотя бы период, непосредственно предшествовавший Крещению Руси (VI-IX вв.), когда разрозненные славянские племена платили дань то аварам (обрам), то хазарам, то печенегам и половцам. Ещё один аргумент неоязычников: та вера была «своя», «родная», а христианство – чужая, навязанная нам Византией. Но истинная вера не может быть «русской» («греческой» или, к примеру, «японской»). Истинная вера может быть только одна. Истинная. И всё. Веру не выбирают по какому-нибудь признаку: удобная вера, приятная вера, эстетичная вера… Истинная вера спасительна. Господь сказал апостолам: «Не вы Меня избрали, а Я вас избрал» (Ин.15:16). Господь избирает человека, а человек волен либо принять Его и спастись, либо отвергнуть и погибнуть. Наша вера и есть Православная вера, потому что понятия «русский», «Русь» оформились и возвеличились именно благодаря Православию. Не было бы его – не было бы и самой Руси, а были бы на её месте раздробленные племена, враждующие между собой и поклоняющиеся разным языческим идолам.

В том, что мифотворчеством занимаются неоязычники, нет ничего необычного: миф – неотъемлемая часть языческих культов. А вот то, что мифы создают так называемые «научные» атеисты, по меньшей мере, странно. О некоторых из них рассказал секретарь Миссионерского отдела Алексей Ярасов:

Во-первых, это всё то же пресловутое «крещение огнём и мечом», о котором уже говорил отец Александр. Представление о насильственном Крещении Руси сложилось в исторической науке советского времени, из неё перешло в популярную литературу – и так превратилось в «общее место». И уже не понятно, кто у кого позаимствовал этот миф: неоязычники у атеистов, или наоборот. Добавлю только, что любой объективный историк должен знать, что в то время Русь только становилась единым государством. Это было общество всеобщего вооружения народа, автономных племен и племенных союзов, и равноапостольный князь Владимир просто не располагал аппаратом подавления, необходимым для крещения насильственным путём.

Ещё один миф «научных» атеистов: Русь была крещена Западной, а не Восточной Церковью. А между тем, о крещении Руси от Византии подробно сообщают не только русские источники (все единогласно), но и греческие, и арабский историк Х века Яхья Антиохийский, и немецкий хронист Титмар. Конечно, это не значит, что католическая церковь не вела проповеди на Руси. Княгиня Ольга, принявшая крещение в Царьграде, после охлаждения отношений с Византией обращалась за епископом к германскому королю Оттону. Впрочем, этот епископ, Адальберт, на Руси не задержался. Позднее, при Ярополке и Владимире, в Киеве работали миссионеры, вероятно итальянские. Но и они не преуспели, что и отразилось в летописном рассказе о «выборе веры». Принятие крещения от Восточной Церкви позволяло русам слушать слово Божие в храме на славянском языке – немаловажное обстоятельство в ту пору, когда латинское духовенство истребляло славянскую грамотность в подчинившейся Западу Чехии и Моравии.

Активно муссируется атеистическими «гуманистами» и то обстоятельство, что равноапостольный князь Владимир был великим распутником. Да, это так, но только они забывают сказать, что он был им до крещения, забывают сказать, как он преодолевал себя именно благодаря новой вере, старался искупить свои грехи покаянием и милосердием. Христианские святые – это не те, кто никогда не грешил (ибо таковых просто нет, один Господь безгрешен), а те, кто победил свои грехи.

Владимир учился христианству вместе со своим народом: в Писании сказано: «не убий», и князь решил отказаться от казней. И те же самые историки-гуманисты, которые обвиняли его в распутстве, против всякой логики тут же обвинили его в излишнем мягкосердечии, приведшем к «расцвету уголовщины». Однако, очень скоро христианские епископы, духовники князя, объяснили ему, для чего дана власть, что «не напрасно он носит меч» и что «достоит ему казнити разбойника, но с испытанием», то есть, с расследованием дела. И Владимир справился с разбоями.

Трудно понять, откуда взялось и такое умозаключение, что Крещение Руси навсегда поссорило её с соседними кочевыми народами. На протяжении многих веков различные кочевые народы Великой азиатской степи совершали набеги и на языческую Русь, и на православную, на конфуцианский Китай, брахманистскую Индию, на исламскую Персию и буддистский Тибет. Изначально будучи язычниками, эти кочевники по ходу истории сами приняли религию тех народов, на которые они совершали набеги: печенеги и торки стали православными и при Владимире Мономахе осели в лесостепной зоне между Киевом и днепровскими порогами, венгры стали католиками, тюрки – мусульманами, монголы – буддистами. Так что Крещение Руси на отношения с кочевниками никак принципиально не повлияло…

Представленные доклады были настолько обстоятельными и аргументированными, что в отличие от предыдущих круглых столов, не оставили никакого шанса на дискуссию.
По их окончанию с таким же вниманием и интересом участники посмотрели фильм
режиссёров Андрея Железнякова и Игоря Твердохлебова «Крещение» из цикла «Земное и Небесное», повествующий о, возможно, самом значительном событии в истории нашей страны.

Евгений Машуков